– Судя по тону замечания, сердце красавицы гложет горечь искренней обиды. Избранник, по всей видимости, не оправдал доверие, показал оборотную сторону души и характера. А ведь это здорово. Своевременно обнаруженный дефект даёт надежду, что его можно исправить. Я тоже любил, но, как и вы, в данную минуту бесконечно одинок. Но мне и подруге удалось сохранить взаимное доверие, переведя отношения в статус “дружба”. Это отнюдь не намёк. Просто мне почудилось в ваших глазах не просто любопытство, нечто большее.
– От скромности не заболеете. Не продолжайте, знаю, что у вас в голове: то ли девушка, то ли видение. Угадала? “Тебе, девочка, плохо, но мне с тобой может быть очень-очень хорошо, если...“ Не удивляйтесь, иногда мне удаётся услышать отголоски чужих мыслей. Или так кажется. Неважно. Хотите – оставьте номер телефона. Мне нужно подумать, прежде чем решиться на диалог в качестве подружки. Ждите ответа, заявка зарегистрирована. Вам туда, мне в противоположную сторону. Вы сама любезность.
– Не спешите так, не отталкивайте. Давайте просто помолчим на брудершафт. Логика вашего поведения безупречна. Было бы странно начать знакомство с объятий и поцелуев. Думаете, я дурно воспитан? Вовсе нет. Мне много не надо. Можно заглянуть в ваши медовые глаза? Восхищён. Позвольте всё же проводить. Обещаю – навязываться не стану. Честное пионерское. Буду мысленно посылать в эфир интимные флюиды. Безмолвно беседовать. Возможно, чего-то по ходу полемики придётся пояснять, даже спорить. Без единого слова. Я умею, Яна. Вдруг наши души сумеют о чём-нибудь объективно приемлемом договориться, минуя уши, на уровне родства астральных тел? Верите в судьбу?
– Не очень. Однажды поверила, но, увы, ошиблась. Мужчины – воплощение распущенности и коварства.
– У меня странное предчувствие, вполне оптимистичное, восторженное, можно сказать минорное. Подобное ощущение весьма редкостное восприятие действительности, а столь яркое и вовсе впервые. Отмахнуться от него не позволяет характер, склонность исследовать каждое движение души. Тем более такой… заманчиво чарующей, окружённой ореолом мистической тайны. Вы ведь не бездушная эгоистка, просто защищаетесь посредством равнодушия и иронии. Одобряю подобную тактику.
– Вы меня совсем не знаете, а чужие души – сфера интересов тёмных сил. В себе бы разобраться. Я девушка приземлённая: дипломированный специалист по техническим устройствам. Планирование, проектирование, конструкторские разработки – вот перечень моих совсем не романтических интересов. Любовь как физиологическая функция временно заблокирована. Если удовлетворила вашу любознательность, можем начинать молчать, – сдержано молвила девушка, мысленно опережая реальный диалог в сторону динамичного развития отношений вплоть до совсем не скромных объятий, – не могу же я запретить вам идти рядом.
– Начать молчать, – повторил Денис, – странный фразеологический оборот, не находите? Как бы, начать закончить говорить. Пожалуй, лучше начать, чем закончить. Последняя реплика: вы – чудо, Яна!
Яна знала – ничего в жизни не происходит просто так: любое событие предопределено искренним, пристрастным движением души, реальными поступками или желаниями, о которых мы не всегда можем догадываться, а иногда сознательно прячемся от них. Интуиция направляет ход действий, подсказывает, как поступить, но не помогает принять решение.
Чувствительное сердечко трепетало в смутном предчувствии значимого события, однако не умело понять – радоваться или огорчаться упрямой настойчивости юноши, который за столь короткий срок успел стать небезразличным.
Присутствие Дениса вызывало чересчур интенсивные иллюзии, распознать вектор которых не позволял избыток противоречивых эмоций, начиная от безпричинного восторга, заканчивая тревогой, рождённой неудачным жизненным опытом в ближайшем прошлом.
Червячок смущения, подкармливаемый нелогичным, отчасти коварным поведением недавнего возлюбленного, пытался шевелиться в подсознании, но сила чувственного влечения к новому объекту симпатии позволила-таки прогрызть в душе отверстие, через которое поступали соблазнительные фантазии. Новизна ощущений и яркость эмоциональных фейерверков не оставили шанса отказаться от соблазна побыть хоть немного рядом с персонажем, вызвавшим настороженное любопытство, от стремления распознать, в чём причина необъяснимой потребности приблизиться на предельно допустимую дистанцию.