— Исаак, поедешь с нами в Ротервуд и мы вместе дождемся возвращения наших детей — успокаивал дрожащего еврея Седрик. Исаак лишь кивнул головой.
— Я поеду, отец! — неожиданно для всех выпалил Айвенго — Я не оставлю Ребекку одну в опасности, наедине с этим неугомонным хищником. Пусть даже раненый — он все равно опасен. Ждите нас в Ротервуде!
С этими словами, Айвенго пришпорил своего коня и ринулся в чащу, не раздумывая долго.
— Гурт, поезжай следом за ними! — успел крикнуть Седрик, глядя в спину уезжающему сыну. — Как только мы доберемся до Ротервуда, прикажу своим людям отправляться за ними, им наверняка понадобится помощь.
Свинопас кивнул и последовал за Уилфредом.
Ребекка крепко держала поводья сэра Томаса, который устремлялся все дальше и дальше в глубь леса. Дорога была совсем не та, по которой они ехали. Девушка чуть притормозила коня и огляделась.
— Только этого сейчас не хватало, сэр Томас, неужто мы с тобой заблудись? — говорила она с конем. Сэр Томас фыркнул и продолжал ехать дальше.
— Я знаю, ты самый умный конь на всем былом свете, ты же прекрасно запоминаешь дорогу — как-то растерянно сказал Ребекка, когда конь перестал слушаться свою хозяйку и снова пустился вскачь. Они миновали широкую поляну и проскакав еще миль пять выехали на ту самую дорогу, где не так давно был потушен костер.
— Сэр Томас, миленький! Ты как никто заслужил самой высшей награды! Умница! Обещаю, когда вернемся, а мы обязательно вернемся — весь клевер будет твоим! — Ребекка обрадовалась, она заметила чуть в далеке пасущегося Замора, боевого коня Буагильбера.
Она подъехала ближе.
Сам грозный рыцарь лежал на траве, голова его была разбита. Удар, который нанес Уилфред оказался довольно сильным, но Бриан был жив. Стрела по-прежнему торчала у него и плеча, а другая пронзила его грудь. Его белый плащ и туника с крестом все были пропитаны кровь. Рыцарь не шевелился и на какой-то момент Ребекке показалось, что она не успела.
Замор подошел к своему хозяину и тыкал мордой в лицо. Бриан слегка пошевелился.
Ребекка тут же спустилась и привязала сэра Томаса к дереву, после она осторожно подошла к Бриану. Было видно невооруженным взглядом — рыцарь нуждался в помощи.
Девушка наклонилась и стянула с него плащ. Буагильбер застонал.
— Боже, есть здесь кто живой… — тихо произнес он, стараясь приподняться.
— Это я, все будет хорошо! — выпалила Ребекка, быстро осматривая рыцаря, оценивая масштабы будущей работы.
— Ребекка… Моя прекрасная роза Сарона… — чуть прохрипел Бриан — Бог сжалился над великом грешником и отправил меня в ад, наказав тобой…
— Вы живы, сэр, но раны ваши серьезные. Позволь тебе помочь — Ребекка стала аккуратно расстегивать одежды рыцаря. Медлить было нельзя. Теперь, когда прошло немало времени, раны могут загноиться и тогда в условиях леса, Ребекки ничего другого не останется как начать копать храмовнику могилу. Она мотнула головой и продолжила расстегивать многочисленные крепления на его кольчуге и одежде.
— Ребекка… Ты вернулась и не смогла оставить меня… — улыбка тронула губы храмовника.
— Тебе сейчас лучше помолчать. Надо беречь силы — она осторожно приложила свой пальчик к его губам — Пожалуйста.
— Вот, не мучайся — Бриан с большим усилием достал обоюдоострый кинжал из-за пояса — Режь, так будет быстрее.
Ребекка кивнула и стала проворно разрезать кожаные крепления.
— Мне придется прижечь ваши раны, сэр, пока мы доберемся до Ротервуда, все может загноиться и тогда придется совсем туго. Будет очень больно, но другого выхода сейчас нет. — Ребекка старалась настроить Бриана и приободрить. Прижигание каленым железом сомнительное удовольствие.
— Оставь плечо — это ерунда, а вот то, что засело у меня в груди… Я не могу дышать — слабо ответил Бриан, вытаскивая из своего плеча стрелу.
— Вы должны мне немного помочь, сэр, — Ребекка не могла поднять Буагильбера. Ей нужно было стащить с него нижнюю рубашку — Я должна осмотреть вашу рану, разжечь костер и… — она взглотнула, так как рана на его груди действительно была довольно серьезная — И начать действовать — твердо закончила она.
Буагильбер кивнул и собрав все свои силы одним движение разорвал оставшуюся на нем одежду и прислонился к стволу дерева. Ребекка стала снимать с него пояс.
— Что ты делаешь? — Бриан напрягся.
— Я закреплю ваш пояс вот здесь — она показала на ту часть тела, куда следовало наложить хоть что-то в качестве жгута. — Так вы потеряете меньше крови, когда я буду вытаскивать из вас стрелу. После, я прижгу рану и сниму жгут. Вы должны проявить терпение и мужество. — все это Ребекка говорила очень быстро, пока складывала костер из всего, что ей попадалось под руку — Я знаю, вы очень храбрый, доблестный рыцарь, поэтому придется немного потерпеть.
— Меня не надо пугать болью, Ребекка, я хорошо представляю, что ты собираешься со мной сделать. Поверь, я и не такое переживал. — усмехнулся Бриан. Его бледное лицо пугало девушку, но она не подавала вида и уже разожгла костер. Храмовник слабел.
— Ну, вот сейчас поглядим, как ваши слова расходятся с делом — улыбнулась Ребекка крепко затягивая пояс Бриана чуть ниже раны. Храмовник не издал не единого звука, а лишь внимательно глядел ей в глаза.
— Сейчас я достану стрелу, а потом промою и сразу же прижгу рану — пояснила она, положив кинжал в огонь, а сама отцепила флягу с водой от своего пояса. — Вот, возьмите — Ребекка протянула ему крепкую ветку, чтобы Бриан не сломал зубы во время экзекуции.
Он мотнул головой, в знак того, что не нуждается в подобных, смягчающих его положение, предметах.
— Будет очень больно — сказала Ребекка и уже хотела приступить к делу, как ее запястье перехватила крепкая рука Буагильбера.
— Поцелуй меня — раздался его голос, отдаваясь эхом по всему лесу.
— Что? Сейчас не время для подобных глупостей! Надо действовать, сэр — Ребекка была удивлена, что даже сейчас, когда все может обернуться очень скверно, храмовник думает совершенно о другом.
— Вот и действуй. И говори мне «ты». — улыбнулся он — А если я умру, так и не узнаю, какого это — получить поцелуй от любимой женщины — глаза его выражали просьбу и смирение.
— Ну, хорошо, только не хватай меня за руки, когда я потащу из тебя стрелу. — кивнула Ребекка.
— Я тебя очень люблю, глупенькая, разве ты этого до сих пор не поняла… — Бриан осторожно прикоснулся своей грубой ладонью к ее лицу и нежно, насколько только хватило сил, прикоснулся своими губами к ее рту. Ребекка не отстранилась и не пыталась его оттолкнуть. Сейчас в ее голове была лишь одна мысль — как поскорее вытащить стрелу и прижечь рану. Время неумолимо шло.
— Люблю тебя… — снова прошептал Буагильбер отстраняясь, чуть погладив ее по щеке.
— Теперь все? Ты готов? — глаза Ребекки выражали решительность.
— Да, теперь хоть в ад прямиком — кивнул храмовник, не отпуская ее взглядом.
Ребекка не стала больше откладывать и одни резким движение рванула застрявшую стрелу на себя. Но ничего не вышло — Ребекка с ужасом осознала, что железный наконечник стрелы очень плотно застрял. Она быстро обломила стрелу так низко, как это можно было сделать.
Бриан застонал. Кровь хлынула из груди.
— Придется еще немного потерпеть — Ребекка взяла раскаленный кинжал и сделала несколько надрезов рядом. Так было бы легче достать застрявший наконечник.
Буагильбер, сцепив зубы, пытался сохранять присутствие духа, но когда раскаленный кинжал стал резать его плоть, проклятия и брань сорвались с его губ.
— Черт! Что же так больно! Дьявольское семя! — ругался Буагильбер, сжимая кулаки вместе с травой и землей.
— Я же говорила, будет очень больно. Придется потерпеть еще немного. Прошу. Можете прочесть Радуйся, Благодатная Дева Мария — Ребекка сделала последний надрез и стала нащупывать наконечник руками. Через мгновение она вытащила железный осколок. И выдохнула.