Кире хотелось отодвинуться. Она действительно ощущала себя третьей лишней.
Руслан был немного задумчивый, иногда слушал очень внимательно, что ему говорила Инга, а иногда вовсе взгляд его блуждал по интерьеру. Пару раз он просто завис в телефоне, что-то быстро печатая.
Кира вздрогнула, когда почувствовала, как он сжал ее запястье. Она посмотрела на него широко открытыми глазами, словно пытаясь дать понять, что он сошёл с ума. Инга же сидела рядом. Потом девушка взглянула на его пальцы, которые сначала сжали, а теперь уже поглаживали ее кожу.
– Тебе взять что-нибудь?
– Нет. Достаточно уже. Спасибо. - вежливо ответила Кира, стараясь придать своему лицу равнодушный вид. Словно это спасло бы ее от того, как вёл себя Руслан.
Она аккуратно высвободила руку, поднялась и направилась в сторону детской игровой комнаты. Где-то там рядом вроде были туалеты. Запереться бы там и сидеть, пока не уйдет дурь из головы.
Тут-то Руслан ее и перехватил. Просто загородил собой проход и требовательно взглянул на Киру:
– Ты бегаешь от меня.
– В смысле? Ты встречаешься с Ингой. А бегаю я иногда в фитнес-клубе.
Руслан сжал ее плечи обеими руками. Крепко. Фиксируя.
– Да что вам… тебе нужно?
– Я не встречаюсь с Ингой. У нас другие отношения.
– Ты. С ней. Точка.
– Она тебе так важна?
– Что за вопрос - важна, не важна?! Мне важны мои эмоции по отношению к ней.
– Хочу встретиться с тобой. Отдельно. С одной.
– Нет.
– Почему?
– Потому что я так не хочу. Я не хочу быть помехой или дополнением, или заменой, когда Инга не может. Когда она с Григорием.
Руслан еще крепче сжал плечи девушки. Она немного повела ими. Он тряхнул ее. Глаза ее распахнулись шире.
Губы сжались. Дыхание участилось.
Руслан знал, что она не будет вырываться. Потому что надо вести себя прилично в общественных местах и в компаниях. Он это сразу считал. Еще при первой встрече.
Быть послушной - так ее воспитывали.
Уважать старших.
Он усмехнулся.
Его пальцы отпустили ее плечо. Девушка ощутимо выдохнула, чуть-чуть расслабилась, перестала быть похожей на скульптуру.
И вот тут-то Руслан ее и поймал.
Он обхватил ее шею под подбородком. Кира замерла.
Руслан приблизил к ней своё лицо и посмотрел в её глаза. Что искал? Страх? Равнодушие? Ненависть?
Он надавил. Зафиксировал. И стал целовать Киру. Просто прикасаясь губами. Раскрывая ее рот. Не торопясь. Если она пыталась отвернуться, он возвращал ее на место небольшим усилием.
Так и сжимая шею.
– Я на тебя ошейник надену. Красивый.
Кира ахнула. Внутри обожгло, хотелось застонать, почти что от боли, от того что накрывало.
Руслан куснул ее за ухо:
– Что, потекла?..
Кира вынырнула из-под толщи эмоций, лицо её снова закаменело, линия рта стала жесткой, губы сжались. В голове скакали фразы обрывками, которые она хотела выплюнуть ему в лицо. От отчаяния и гнева, что он понял, что почувствовал это её внутреннее желание - сдаться. Сука, он как-то пробрался в её пульт управления. Стало стыдно, что её повело от одного только Русланова движения. Да, да, хорошо безумно, сумасшедше остро тело среагировало, только она не хочет играть в игры. И не будет, даже если придётся захлебнуться слюной от того, что приходится подавлять сильное желание продолжить с этим мужчиной.
– Нахуй ваши игры, Руслан. Отпусти. - Кира пылала от гнева и возбуждения. Но голос оставался спокойным, только чуть охрип, потому что в горле было сухо-сухо от выжигающих эмоций и ощущений.
– Отпусти, - повторила она. - Пожалуйста.
– Хорошая девочка, - его голос не изменился даже, был таким же тёплым, будоражащим, волнующим ее нервные клетки. - Будешь хорошей для меня?
Кира вырывается и уходит.
Часть 6: "Возлюбленный... Вот только чей?"
Кира закончила с уроками, собрала тетради, убрала их в шкаф. Скорчила гримасу. Потому что не могла не удивляться очередному атавизму в школьной системе: проверку домашних работ она считала устаревшей, ненужной, бессмысленной.
Нафига тратить на это время, не видно вообще, усвоен ли материал, сам ли делал ребенок эту домашку или с кем-то. Одно дело выборочно посмотреть упражнения, выполненные прямо в классе, по горячим следам. Или эссе у взрослых учеников читать. Там понятно, где сам или не сам. И то, эссе ее ученики делали тоже в классе, редко когда она домой давала.
Кира прошла по пустой рекреации, сдала ключ, поставила журнал в ячейку. Помахала дежурным. Охранник проводил ее дежурным “до свиданья, Кира Викторовна”.
По ступенькам вниз . Пройти вперед по асфальтированным дорожкам, недолго, к воротам. Сразу за ними ей надо было повернуть к остановке, через скверик. Внезапно раздался сигнал клаксона. Кира вздрогнула и обернулась. Она, оказывается, прошла мимо чёрного автомобиля, погруженная в собственные мысли, не заметив. Именно оттуда и раздался сигнал.