Глава 15
Выходя из театра, Лера чуть поёжилась — вечерний воздух был прохладным, но приятным, особенно после тёплого, почти душного зала. Они прошли мимо шумной толпы у входа, обменялись короткими взглядами и как-то молча договорились — гулять дальше.
Никита предложил:
— Пройдёмся немного? Не хочу, чтобы вечер так просто заканчивался.
Лера кивнула, и они пошли — без конкретного направления, просто вдоль улиц, под уличными фонарями, мимо витрин, где манекены позировали в вечной заморозке, и мимо редких прохожих, которые будто растворялись в темноте.
— Как тебе спектакль? — спросил он спустя пару минут тишины.
— Неожиданный. Тонкий. — она усмехнулась. — Актриса в главной роли будто списана с моей соседки по площадке.
— В хорошем смысле?
— Скорее… в выразительном, — Лера прищурилась. — Хотя, думаю, у неё тоже была когда-то любовь. Просто не сложилось. Или она испугалась.
— Как думаешь, больше людей убегают от любви, чем за неё борются?
— Однозначно, — сказала Лера почти без раздумий. — Потому что бороться страшно. Особенно, если уже привык быть один.
Он остановился. Посмотрел на неё.
— А ты всё ещё борешься? Или уже бежишь?
Лера посмотрела на него чуть растерянно. Сердце — бух. Словно упало где-то в живот. Она чуть улыбнулась:
— Я пошла с тобой в театр сегодня. Это больше, чем я позволяла себе за долгое время. Так что, видимо… пока не бегу.
— Тогда я тоже не побегу, — тихо ответил он. — Обещаю.
И они снова пошли. На этот раз — ближе друг к другу. Плечом к плечу. Её пальцы случайно коснулись его руки — и он мягко переплёл их с её. Так просто. Так уверенно. Так, как будто их руки всегда были созданы, чтобы вот так касаться.
Они свернули во двор с огоньками — там было маленькое кафе, почти незаметное с улицы, но внутри горел мягкий свет, и пахло корицей, кофе и ванильным сиропом. Лера почувствовала, как вдруг захотелось тепла — не только физического. Тепла, в котором можно раствориться.
— Зайдём? — предложил он.
— Только если возьмём что-то с собой, — подмигнула она. — Я уже почти Золушка, знаешь ли.
Но они всё-таки остались. Потому что на фоне всего вечера кафе казалось как финальный штрих — слишком уютным, чтобы просто пройти мимо.
Им подали два капучино в кружках, которые явно были не из одного набора. Лера получила кружку с нарисованным кактусом и надписью "не трогай — уколю". Она хихикнула.
— Подходит?
— Даже слишком, — кивнула она, прищурив глаза.
Они болтали обо всём и ни о чём. Смех, тепло, запах кофе и чуть подтаявшая розовая зефирка в её чашке. Лера в какой-то момент откинулась на спинку. Никита снял пальто, и она снова отметила, как естественно он выглядит — без напыщенности , но с каким-то внутренним стилем. Он снял часы, положил рядом с телефоном, вздохнул.
— Никогда не думал, что простой вечер может казаться... важным. А у тебя бывает такое — момент, когда ты вдруг чувствуешь, что всё становится по-другому?
Лера смотрела в чашку.
— Бывает. Но я часто сама себе это запрещаю. Мол, не привыкай. Не радуйся раньше времени.
Он молча смотрел на неё. Не давил. Не перебивал.
— Но сейчас, — продолжила она, — мне хочется, чтобы этот вечер остался со мной надолго. Знаешь, как плёнка на старом фотоаппарате. Чтобы запомнился не только вкус, запахи, а чувство — что ты на месте.
Он слегка подался вперёд.
— Ты и есть на месте, Лера. Ты — именно там, где должна быть. И я рад, что это место — рядом со мной.
Они говорили ещё долго. О всяком: о детстве, любимых песнях, неловких историях, мечтах. Всё было легко. Без напряжения. Он смеялся, она закатывала глаза, он кивал, она подкладывала прядь за ухо.
В какой-то момент Лера засмеялась и сказала:
— Я уже не помню, когда так болел живот от смеха. Ты что, специально это репетировал?
— Ага. Полгода в кружке импровизации, чтобы произвести впечатление на тебя, — подмигнул он.
Когда они вышли, было почти полночь. Улица опустела, только где-то вдалеке лаяла собака. Воздух стал свежим, и Лера поёжилась.
Он молча снял с себя пальто и накинул ей на плечи. Она прижала его к себе, будто в этом жесте было что-то большее, чем просто забота.
Подъезд. Тот самый момент, когда что-то должно произойти — или не произойти. И ты не знаешь, что делать с руками, куда смотреть и как правильно дышать.
Он стоял рядом, глядя на неё.
— Мне не хочется, чтобы вечер заканчивался, — сказал он, чуть ближе, мягко.