Девушки пошли в сторону парка, решили отметить первый день учебы прогулкой и мороженым, Вера сама предложила, потому что понимала, что в кафе Лера не пойдет, ей сразу она понравилась: не было напыщенность и высокомерия, а наоборот искренность и прямота.
— Вот это да, — рассмеялся Андрей. — Ловко она тебя на место поставила.
— Это что такое было вообще , — сказал Никита грубо. — Как ее вообще взяли в такой престижный вуз?
— Может она в постели такие трюки показывает и поэтому подумали, что нужно точно брать , — веселился Андрей.
Никита ухмыльнулся:
— Думаешь у такой, как она вообще когда-то был парень? Я уверен, что она целка.
— Ник, а давай как в старые добрые времена? Спорим, что она тебе не даст?
— Ты серьезно? Да она уже через месяц раздвинет ноги и будет кричать, как сильно любит меня.
— Окей, тогда давай поспорим что через месяц ты переспишь с ней, только нужны доказательства.
— Легко, ты видел ее одежду, да она за новую уже даст, — рассмеялся Ник.
Он посмотрел в спину удаляющейся фигуре, тогда он еще не знал, что это будет не просто игра. Что эта девочка с уставшими глазами и термосом в рюкзаке научит его стыдиться самого себя.
Но пока он только ухмыльнулся:
— Игра началась.
Глава 3
Столовая гудела, как улей. Металлический лоток скользил по поручню, тарелки звенели, кто-то за соседним столиком ржал над мемами, у кого-то упал йогурт.
Лера стояла в очереди за своим вечным «комплексом №3»: гречка, котлета, чай в пластиковом стакане- это все, на что хватало денег. И то не всегда. На карточке оставалось чуть больше ста рублей — а до зарплаты ещё неделя. Зато была тетрадь, доученная глава по теории информации и редкое ощущение, что она держит себя в руках.
— Привет, — раздался над ухом бархатный голос.
Лера вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Никита, одет безукоризненно: парфюм дорогой, улыбка — из тех, что чаще встречаются в кино, чем в жизни. Он держал кофе, в другой руке — круассан и, кажется, своё обаяние, как оружие.
— Ты вроде Лера, да? С журналистики?
Она прищурилась.
— А ты вроде из тех, кто не здоровается с такими, как я.
Никита удивлённо вскинул брови. Он привык, что его шарм действует с первых секунд — максимум со вторых. Но сейчас... будто врезался в стекло.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что ты — Никита с третьего курса, — спокойно ответила она. — Mercedes на парковке, часы, которые стоят больше моего года жизни, и манера смотреть, как будто уже купил. Ты ведь сам сказал, что я замарашка.
Он немного опешил. Лера взяла свой поднос, не дожидаясь ответа, пошла мимо него. Но, не обернувшись, добавила:
— Я не для спора, Никита. Так что, если хочешь поиграть — выбери кого-то, кто сам согласен быть игрушкой.
И ушла. А он остался стоять в шумной столовой — растерянный, всё ещё держа свой круассан. На лице — ни следа привычной усмешки.
— Что с лицом? — Андрей догнал Никиту у выхода из столовой, откусив огромный кусок бургера.
Никита молча швырнул круассан в урну.
— Она послала меня спокойно и холодно. Словно я вовсе не интересен ей.
Андрей хохотнул.
— Ну, поздравляю. Видимо, твоя замарашка иммунитет выработала. Или ей просто неинтересны красавчики.
— Нет, — протянул Никита, задумчиво глядя в сторону, куда ушла Николь. — Она не такая. Она... слишком умная, чтобы поддаться сразу. Значит, придётся иначе.
— Ты не умеешь проигрывать, брат, — с усмешкой покачал головой Андрей.
— Потому что не проигрываю, — спокойно ответил Никита. — Просто некоторые игры — дольше, чем одна сцена в столовой.
Он задумался. Лера— не такая, как остальные, не в смысле пафосного клише. В ней не было демонстративной неприязни — только ясная, твёрдая защита. Как стена, которую кто-то строит с детства, кирпич за кирпичом. И это только подогревало интерес. Она — как запертая книга, и теперь он хотел читать.
Никита достал телефон и открыл список факультетских мероприятий. Где-то они точно пересекутся. И в следующий раз он подойдёт иначе — без кофе и улыбок. Без намёков предложит помощь или подвезет до дома. Ведь игра только началась.
На следующий день Никита решил попытать свое счастье в библиотеке.
— Библиотека, Никита. Серьёзно? — Андрей шёл чуть позади и с трудом сдерживал смех. — Это ты называешь тактикой? Или у тебя просто Wi-Fi закончился?
— Знаешь, — протянул Никита, не оглядываясь, — иногда, чтобы поймать лису, надо надеть шапку егеря.
— Шапку кого?
— Неважно.
— Просто скажи, что хочешь снова облажаться — только теперь тихо, среди книг, — фыркнул второй друг, Тимур, появившийся с банкой энергетика.
— Слушай, у меня дома тоже библиотека. Три манги и буклет из доставки суши. Там шансов больше.
— Это не попытка, — отрезал Никита. — Это разведка.
Они вошли в зал. Библиотека университета была просторной, пахла бумагой, старым деревом и чем-то сладким — может, карамельной жвачкой у кого-то из первокурсников.
Лера сидела у окна в наушниках с блокнотом и стопкой книг. Писала быстро, почти не поднимая глаз. В ушах наверняка что-то тяжёлое — или наоборот, классика. Кто её поймёт, эту загадочную девушку.
— Подходим? — шепнул Андрей, будто это была операция по захвату крепости.
— Нет, — Никита резко остановился. — Вы — к принтеру. Я — к знаниям.
— Он начинает меняться, — простонал Тимур. — Брат, не оставляй нас. Ещё немного — и ты начнёшь читать Чехова по собственной инициативе.
Но Никита уже уверенно направлялся к столу рядом с Лерой. Схватил первую попавшуюся книгу. "Журналистика в цифровую эпоху". Отлично, даже звучит умно.
Он бросил взгляд на Леру — та уже заметила его краем глаза, но сделала вид, что нет.
— Привет ещё раз, — спокойно сказал он, открывая книгу наоборот.
— Ты снова не туда сел, — тихо отозвалась она, не поднимая головы. — Библиотека — это для тех, кто умеет читать, а не притворяться.
Никита улыбнулся.
— Я тренируюсь. Вдруг втянусь.
— Ты же не умеешь делать что-то без скрытого мотива, — наконец, она подняла взгляд. — Или у тебя просто коллекция девушек по факультетам?
— Пока не полная. Но ты могла бы стать последней, — подмигнул он.
— А ты — первым, кого я ударю словарём по голове, — спокойно сказала она и вернулась к записям.
А в это время за шкафом, прячась между «Методическими пособиями» и каким-то явно забытым талмудом по социологии, Андрей шептал Тимуру:
— Он сгорает. Прямо на глазах. Боги, это прекрасно.
— Ставлю сотку, что через неделю он реально начнёт читать, — кивнул Тимур. — Причём по теме. И без картинок.
Никита, уходя с книгой под мышкой, шепнул сам себе:
— Ну ничего. Ты еще станешь моей.