Никита тихо сказал:
— Может, я уеду к Андрею, пока вы будете делать “судьбоносный выбор”?
— Нет, — Вера обернулась. — Мужчина должен страдать.
Он поднял руки:
— Принято.
Следующие дни прошли в череде мелких, но запоминающихся моментов.
В понедельник Вера потащила Леру в торговый центр “просто посмотреть”. “Просто” вылилось в три часа примерок, кофе в бумажных стаканчиках и десятки смехотворных вариантов: от платьев с фатой до винтажных комбинезонов.
В какой-то момент Лера стояла перед зеркалом в простом белом сарафане и смеялась:
— Я выгляжу, как студентка, сбежавшая с практики на свидание.
— Зато счастливая студентка, — сказала Вера. — А счастье — лучший аксессуар.
И это было правдой. Лера смотрела на своё отражение и видела не девочку, которая боится будущего, а женщину, которая этого будущего хочет.
Во вторник Никита устроил “репетицию семейной жизни”.
— В смысле? — спросила она, просыпаясь и видя, что он копается в ящиках кухни.
— В смысле генеральная уборка, — объявил он. — Я читал, что к свадьбе надо избавляться от старого, чтобы освободить место для нового.
— Ага, — сказала она, зевая. — И кто тебе это сказал?
— Интернет.
Она подошла, обняла его за спину.
— А вдруг потом пожалеешь?
— Если пожалею, верну. — Он показал банку с надписью “гречка 2019”. — Но я сомневаюсь.
Они весь день перебирали шкафы, находили забытые вещи, смеялись над старыми записями, которые делала Лера в блокнотах: “Не влюбляться в мажоров” — прочитал Никита и прыснул.
— Опоздала с пунктом.
— Исправлю ошибку, — сказала она и вычеркнула ручкой.
К вечеру квартира стала какой-то другой — легче, просторнее. На столе осталась только кружка с корицей, блокнот и фотография — та самая, с Веры и Андрея свадьбы, где они с Никитой смотрят друг на друга, не замечая камеры.
Лера провела пальцем по стеклу.
— Мы на ней будто уже женаты.
— Потому что мы такими и были, просто без официальной бумаги, — ответил он.
К четвергу Вера официально взяла на себя функции свадебного координатора. Она звонила каждые полчаса.
— Лера, вы выбрали кольца?
— Да.
— Фото покажи.
— Отправила.
— Отлично, теперь цвет ногтей. Ты думала про нюд или классическое молочное?
— Вера…
— Ладно, не кричи. Я просто волнуюсь.
— Ты волнуешься сильнее, чем я, — сказала Лера.
— Потому что я уже пережила это! И знаю, что всё пролетает как миг.
Лера улыбнулась.
— Тогда, может, просто приедешь и выпьешь с нами чаю, а не будешь устраивать штаб-квартиру по телефон?
— Приду. Торт свой готовь.
— Конечно.
Пятница стала особенной. С самого утра шёл дождь — редкий, летний, с запахом озона и травы. Лера сидела у окна с ноутбуком, выполняла последние задания по практике. Никита подошёл, поставил рядом чашку.
— Знаешь, — сказал он, глядя на капли, — я в детстве думал, что дождь — это когда небо что-то или кого-то вспоминает.
— Красиво, — ответила она. — И немножко грустно.
— А сейчас я думаю, что это просто небо радуется. Потому что скоро я женюсь.
Она рассмеялась.
— Вот ты романтик.
— А ты — причина.
Он сел рядом, обнял её, и они молчали, слушая, как дождь стучит по подоконнику. В такие моменты не нужны были слова. Всё уже сказано — в прикосновениях, во взглядах, в том, как легко быть рядом.
Суббота прошла в подготовке. Лера гладила платье, Никита искал галстук, который “не слишком официальный, но чтобы мама не ругалась”.
— Этот с ананасами подойдёт? — спросил он.
— Только если ты хочешь, чтобы нас не пустили в зал, — усмехнулась она.
— Тогда остаётся чёрный.
— Скучно. Но стильно.
Она подошла, поправила ему воротник.
— Ты будешь самым красивым женихом.
— А ты — самой красивой невестой, — сказал он.
Они замерли на секунду, просто глядя друг на друга. И в этом взгляде было всё: спокойствие, нежность, и то самое чувство, когда не нужно громких слов, потому что оба знают, куда идут.
Вечером Вера прислала сообщение:
“Завтра. В 12:00. Не опоздайте, мои семейные голубки 🕊️”