Мавка
Васька был завидным парнем. Все девки на деревне по нему сохли. Высокий, статный, белокурый, когда он шел по улице, в след ему слышались охи да ахи молодух. Силушкой боги тоже не обидели - крепким был Васька, да и добрым. Бывало, от смущения да любования, какая нибудь девица споткнется на тропинке, кувыркнется с коромыслом и ведрами, разольет водицу вокруг, а Васька тут как тут. Поднимет краснеющую девку, на ноги поставит, отряхнет, заглянет в глаза, улыбнется и всё... Он то дальше идет, а у девки ноги подкашиваются, а все вокруг потешаются. Или вон бабке какой избу просевшую поправить, дык он за нижний венец сруб поднимал и держал, а мужики бревна меняли.
Жил он на краю деревни, на мельнице. Старому отцу помогал зерно таскать да муку. А мельница та стояла на берегу речки, что из озера вытекала. Нехорошая молва про то озеро ходила, места вокруг дремучие были, темные. Ельника много да бурелома. Боялся люд на самом озеро ходить, шептались что мол русалки там да мавки водятся, заплутавших путников заманивают, да топят. Старожилы то и про мельника небылицы сочиняли, колдун мол старый Глеб, все то у него ладится, мука воздушная получается, не иначе заклинаниями пользуется. Но покупали, все равно покупали, потому как мельница одна в округе всей была, на многие верста вокруг. Вот и помалкивали, лишь за спиной тихоньку шушукались.
Жена у Глеба померла давно, оставив ему сына Ваську. Тот рос не по дням, а по часам. Гордился им Глеб, но спуску не давал. Вечно поучал несмышлёныша. Новую жену себе мельник даже не искал, уж больно любил усопшую, поэтому так и жили они вдвоем с сыном, мололи зерно, да на ярмарки катались.
Но время неумолимо. Согнуло оно Глеба да силы отобрало. Решил тогда Васька до озера прогуляться, за травами целебными. Знахарка посоветовала. Собрал котомку небольшую и вышел во двор. Отец на крылечке сидел, привалившись к перилам. Солнышком наслаждался, и за разными мурашами наблюдал.
– Куды собрался? – проскрипел Глеб сыну и закашлялся.
– Да так, до озера прогуляюсь. Травок поищу нужных. Агафья рассказала какие нужны чтоб тебя подлечить. – ответил Васька, поправляя котомку и проверяя нож на поясе.
– Обойдусь я и без ваших снадобий. – проворчал Глеб и словно опомнившись, нахмурил брови. – Куда ты собрался? На озеро, говоришь!? Хочешь чтоб тебя нечисть к рукам прибрала? Не пойдешь никуда!
Сильный кашель сложил Глеба пополам.
– Ну чего ты, отец. Враки это все, выдумки. Ими только дитятей малых пугать. И мне то что, даже если и водиться там кто. Я его возьму и кааак согну, да сломаю. – Васька сделал жест своими ручищами как будто он подкову узлом завязывает, а потом разрывает.
Глеб не переставал кашлять, покраснел весь, завалился на ступеньку. Васька подхватил отца, поднял на руки словно пушинку, занес в избу и положил на кровать. Затем принес воды в кружке, и приподняв голову отцу, влил немного воды ему в рот. Кашель постепенно отступал, но отобрал остатки сил у Глеба.
– Будь осторожнее. – прошептал он сыну и отвернулся к стене. Васька накрыл отца теплой шкурой и вышел.
Озеро Ваську встретило теплой водой с играющими на небольших волнах бликами солнца. Он уже насобирал всего что нужно было и собирался в обратный путь. Просто захотелось глянуть, что же все таки такого страшного в этом озере.
– Ну и что тут такого? – сам себя спросил Васька. – Самое обыкновенное озеро. Пойду ка искупнусь и домой пошагаю.
Скинув с себя одежду, он с разбегу влетел в воду и нырнул. Вынырнув на поверхность, Васька лег на спину и раскинул руки.
– Красота, – сказал он, глядя в небо и щурясь от яркого солнца. Вокруг все было как в сказке. Легкий ветерок гонял невысокие волны и слегка трепал верхушки деревьев. Пение птиц и стрекотание кузнечиков умиротворяло и усыпляло.
– Красота, – повторил Васька и развернувшись, поплыл к берегу.
Выйдя на берег, он поискал глазами одежду, но ее не было на том месте где он ее оставил. "Что за чудеса?" – подумал Васька, –"Вот тут же была! "
Вдруг из за ближайшего куста послышалось хихиканье.
– Эй, кто там!? – крикнул Васька.
Вместо ответа снова послышался смех, но уже из за другого куста.
– Эй, ты! Одёжу отдай! – снова крикнул Васька.
– А ты мне и таким нравишься, точнее даже больше таким чем вот в этом. – с этими словами на берег вышла невысокая курносая девчушка и подала Ваське его одежду. Парень застыл на месте и потерял дар речи. На девчонке была одета белая сорочка, сквозь которую проглядывалось упругое стройное тело. Волосы у нее были рыжие с зеленоватым отливом, алые губы манили, с глаза были словно омут, в котором хотелось утонуть.
– Может еще искупаемся? – хихикнула девчушка, одним движением сняла с себя рубаху, и оставшись в чем мать родила, величаво прошла мимо Васьки к воде, задев того длинными волосами.
– Погоди! Ты откуда? – парень снова обрел дар речи, догнал девчонку, взял ее за руку и развернул к себе лицом.
– Ишь какой любопытный! – крепко сжав Васькину ладонь, она весело потащила его за собой в озеро. Васька, забегая в воду, подивился ее силе, но уже в следующий момент, они стояли по плечи в воде друг напротив друга. Точнее девчонка по плечи, а Ваське вода доходила лишь до груди. Он хотел снова задать свой вопрос, но девушка прикрыла его рот своей ладошкой. Она заглянула прям в его глаза, убрала руку и поцеловала. Мир поплыл перед глазами у Васьки. Он взял ее лицо в свои ладони и сам заглянул в зеленый омут ее глаз. Она обвила руками его за шею, привстала на цыпочки и они слились в долгом поцелуе. Дальше у Васьки было все как в тумане. Очнулись они уже на берегу.
– Откуда ты все таки, девица? Как звать-величать тебя?
– Люба я тебе? Али нет? – девчонка как будто нарочно пропустила Васькин вопрос мимо ушей. Они лежали голышом на берегу, она положила голову на широкую Васькину грудь и нежно поглаживала его.
– Люба конечно. Замуж тебя возьму. Пойдешь?
– Пойду, отчего же не пойти, – согласилась девчушка.
Что то теребило Васькину душу, но вот что, он никак не мог вспомнить. День клонился к закату. Васька все никак не мог налюбоваться девчонкой. Она совершенно не стеснялась своей наготы. Что то все таки беспокоило Ваську...
– Отец! Вспомнил! Мне срочно нужно к отцу! – долг немного начал отрезвлять разум парня.
– Погоди немного, любый мой, – девчушка склонилась над Васькой. Она заглянула ему в лицо, и в ее глазах заплясали огоньки.
– Я не могу уйти отсюда, но ты можешь остаться со мной. Я так хочу!
С этими словами она страстно поцеловала Ваську, а потом начала осыпать его тело поцелуями. Он тонул в ней, в ее глазах, в ее голосе...
Глеб долго ждал своего сына. Потом поднял всю деревню на поиски. Ваську так и не нашли. Велико было горе отца, предупреждал же он сына... Не послушался, непутёвый...
Шептались в деревне, мол влюбился он в мавку, да и ушел за ней на дно озера, утоп бедняга. Говорят, что лишь в полную луну выходят Васька со своей избранницей на берег, да печальные песни поют. А может это всего лишь ветер в траве гуляет. Никто не знает наверняка, ведь страшно идти и проверить. Вдруг и их мавка какая нибудь в омут утащит.