— Ну это в общем была ваша идея господин капитан — сказал Черняев с улыбкой.
— Обращайтесь ко мне по имени, когда мы не на официальных совещаниях — попросил я, хотя последнее его обращение по должности было им сделано от души, видимо признал во мне командира.
— Хорошо Константин Иванович — ответил Черняев.
— Надо придумывать следующий шаг, когда мы сможем также эффективно уничтожить авианосец — предложил я.
— Ну только минирование танкеров или судов снабжения — предложил Черняев. — С помощью американских мин Мк-52 или Мк-25.
— А как крепить мину-то? Она-то будет испытывать большую нагрузку при движении корабля, ее просто смоет — спросил я.
— Есть такое дело. Надо приваривать ее крепления к днищу корабля — ответил Черняев. — Это можно сделать при проведении ремонтных работ.
— Ну вот опять требуется подрыв в точно назначенное время — сказал я.
— Сделать спарку таких мин на двух кораблях — подорвать их с задержкой — одну у авианосца, другую вдали от него — ответил Черняев.
— Давайте упростим задачу — мы же можем поставить небольшую магнитную мину с часовым механизмом на бомбу в трюме корабля снабжения. Это могут сделать портовые докеры — предложил я.
— Я придумал — надо установить на эту бомбу механизм неизвлекаемости! После установки бомбы на стеллаж корабля снабжения, прицепить к ней вот такое механизм, который подорвет ее при попытке стронуть с места! Это будет что-то типа такого же пакетика со взрывчаткой! Липучкой приклеить ее к корпусу бомбы, а тонкий шнурок для подрыва привязать к стеллажу! — тут же предложил Черняев.
— Отличный вариант! — согласился я и перекинул задание Айку сделать такие взрывпакеты.
— За вами наблюдение за проведением погрузочно-разгрузочных работ, и когда наши дроны могут заложить такие пакеты под бомбы — приказал я Черняеву. — Как будет полная информация по этому поводу — заложите с помощью дронов взрывпакеты под бомбы.
Через неделю Черняев доложил, что взрывпакеты заложены в судно снабжения «Звезда-19», которое через сутки должно подойти к авианосцу «Саратога». Айк упростил конструкцию и применение этих взрывпакетов — их надо было закладывать опять в отверстие для установки взрывателя М904, который закрывала в транспортном положении пластиковая крышка. Взрывпакет представлял из себя обычную хлопушку с конфетти, в которой вместо конфетти находился динамит, а взрыватель стоял родной — шарик из бертолетовой соли, который подрывался, если дернуть нитку. Ну и еще была закладка — снаружи на леске был завязан узелок — если открыть крышку, то она дернет нитку и бомба взорвется. Тонкая прозрачная леска была вообще не заметна в темноте трюма, так что, если надумают проверять бомбы в трюме судна снабжения, они взорвутся. И вот из-под этой крышки выпускалась тонкая леска, которая привязывалась с большим провисанием к стеллажу, ну чтобы при болтанке в море этот взрыватель не сработал, а сработал только при съеме бомбы со стеллажа.
— Айк, а взрыв судна насколько серьезно повредит авианосец? — спросил я.
— В трюмах этого судна около ста пятидесяти тонн бомб, борт авианосца точно должен проломить такой взрыв. А это значит частичное затопление, сильный крен на один борт, который уже не исправишь затоплением других отсеков — выдал свой прогноз Айк.
— Виктор Николаевич, а зачем нам вообще нужна леска к стеллажу? Ведь можно дождаться, когда эту крышку снимут на корабле? — спросил я.
— Но тогда будет взрыв одиночного боеприпаса, тогда как на корабле взорвутся все боеприпасы, все сто пятьдесят тонн, и ущерб для авианосца будет гораздо больше — ответил Черняев.
— Логично — согласился я.
В Тонкинском заливе осталось два авианосца, самолеты с которых бомбили Северный Вьетнам. Это «Саратога» и «Рейнджер», чудом уцелевший от нашей первой минной атаки. Заминированный корабль снабжения «Звезда-19» ночью подошел к «Рейнджеру», началась разгрузка боеприпасов. Рядом с ним стоял танкер «Холи Мару», с которого закачивалось топливо в танки авианосца. Рабочий процесс был в полном разгаре, и когда было разгружено четверть боезапаса прогремел мощный взрыв, который просто в клочья разнес судно снабжения, проломил огромную дыру в борту авианосца, в которую хлынула вода и горящее горючее с разбитого танкера. Вся окружающая акватория была залита горящим горючим с танкера, и авианосец, залитый им, также запылал и начал быстро погружаться в воду, кренясь на правый борт. С его палубы посыпались люди, самолеты, боеприпасы и различная техника — крен быстро достиг сорока градусов, капитан отдал приказ об эвакуации с корабля — два отсека были разрушены взрывом, корабль тонул. Только отсек в корме оставался на плаву, один из трех отсеков непотопляемости авианосца, но этого было недостаточно, чтобы ему удержаться на плаву. Через час авианосец уперся носом в грунт, и его горящая корма так и осталась на плаву, это спасло его от полного затопление — глубина в этом месте была около пятидесяти метров, а длина самого авианосца была двести тридцать четыре метра.