Кое-как я поднялся на ноги, сильная боль в груди выдавливала слезы из моих глаз. Мои друзья стояли в шоке — два трупа лежали у их ног.
— Костя, ты убил двух человек — сказала Лариса, смотря на трупы с широко открытыми глазами.
— Я не намеревался их убивать. Этот сам на свой же нож напоролся, которым меня намеревался убить, а второму я хотел руку парализовать, чтобы он Валеру не убил. Но вы его вырубили, он начал падать, и вместо плеча нож попал в шею. Это чистая случайность. Да и хочу сказать, что если бы даже я их не убил, то мы вляпались в это дерьмо по полной — мне ногу простелили и грудь, мне даже дышать трудно. А вы тут жалеете бандитов — выдал я.
— Я не жалею, ты все правильно сделал! — сказал Погодин. — Придется и этих двоих тоже прикончить, нам свидетели ни к чему.
— Ты что Валера? — спросила Зоя удивленно.
— А ты хочешь потом всю жизнь опасаться, что это отморозок потом тебе отомстить пожелает? Тебя или твоих близких убьет? — спросил Погодин. — И второй вопрос — мы без Кости простые школьники пока. И доступ к кораблю только у него. Если его посадят за превышение предела самообороны, то мы три года окажемся не у дел. Да у меня есть сомнение, что после этого он захочет с нами иметь дело. Я с ним!
— Ну мы тоже с ним, он наш друг — сказала Зоя. — Но вот кто их будет убивать? Одно дело убить в бою, а другое дело — вот так просто прикончить.
— Я могу с ними в схватку вступить — сказал Погодин. — По одному, конечно. И в бою убью этих тварей! Они нас хотели убить, да и скорее всего вас тоже после того, как изнасиловали бы. Им тоже живые свидетели не нужны.
— Тогда ни к чему устраивать для них эти бои гладиаторов, ну только если ты сам хочешь этого — сказала Лариса. — Живьем их надо закопать в какой-нибудь выработке. Что-то я перепугалась случившегося, но теперь понимаю, что с врагами церемониться нельзя, это смертельно опасно. И выпускать отсюда живых категорически нельзя. Прости меня Костя за первую неадекватную реакцию.
— Я думаю, что нам стоит потренироваться на них жесткому бою, уж коли они себе такую участь выбрали — сказала Зоя. — С Кости двоих хватит, на нас троих остается два бандита, которых нам надо прикончить. Будем оттачивать наши боевые навыки. А то базы нам поставили, а практики нет никакой.
— Может все-таки мне доверите эту миссию — спросил Погодин. — Зачем вам девочки с этим связываться, оставлять в своей душе шрам на всю жизнь?
— Да нет Валера, я сейчас представила, чтобы было дальше, если бы вас бандиты убили или вывели из строя, я хочу сама их убить! — сказала Лариса.
— Ну ребята, разберитесь сами с этим — из последних сил сказал я и мое сознание погасло.
Интерлюдия
— Что это с ним? — спросила Зоя.
— Что? Непонятно что ли? Шок посттравматический — гаркнул Погодин. — Я за плечи беру, вы девчонки за ноги и вперед в медкапсулу его срочно!
— Валера, мы с Зоей сами справимся — займись бандитами, а то очухаются и нас перебьют! — попросила Лариса, беря Костю под мышки и поднимая его. Зоя подхватила его ноги, и они понесли своего командира в челнок.
Погодин взял из рюкзака веревки, которыми они недавно связывали бандитов Храпа и начал вязать двух их подельников. Через десять минут бандиты были связаны по рукам и ногам, можно было приступать к их допросу, как очухаются. Его искин по имени Глеб уже подогнал ему методику полевого допроса пленных, как им быстро развязать языки, в какие болевые точки надо ткнуть ножом, чтобы вызвать дикую боль, и это не было заметно при патологоанатомической экспертизе. Лучше было бы их посадить, да пеньков тут не водилось, на сопку к лиственницам тащить сто метров было бы тяжеловато.
— И лежа допрошу — решил Погодин. Но у них два крупных бревна сушняка лиственницы были уложены у костра, как лавочка, он и пристроил бандитов к бревнам, прислонив к ним спинами. Но они пока были в отключке — хорошо словили камнями по своим дурным головам, девушки их метко кидали.
Через десять минут пришли девушки, доложили, что уложили Константина в медкапсулу, он там всю ночь проведет.