— Если мы не активируем нейросеть, в этом случае мы можем с нее считывать информацию? — спросил я.
— Можем, только если рядом будет коммуникатор, других вариантов нет — ответил Айк.
Эликсир
— Это уже хорошо… С коммуникатором к источнику может просто подойти любой из нас. Начнем экспансию нейросетей! Мы же можем сразу задать условия не нанесение нам вреда? — спросил я.
— Да, это возможно, но не более того. Но опять же, если рядом с ним будет коммуникатор, а иначе как он узнает, что эти люди под запретом — усмехнулся Айк. — И вся эта информация передается мне или другому искину, я удаляю всю личную информацию, оставляю только служебную и техническую информацию — это кодекс искина обязует меня делать это.
— Ну да, свои образы передавать не стоит — согласился я. — Да и личная информация нам ни к чему. Но и это уже не мало! И вот еще вопрос — нейросеть обязательно должна лечить человека? Я не хочу давать таким людям вечную жизнь, пусть умирают своей смертью. Слушай, а если какой-то человек, которому мы подарили вечную жизнь перестанет нас устраивать, мы можем приказать нанитам прекратить продлять ему жизнь?
— Все это ты можешь задать при формировании стартовой порции нанитов. Они это и будут делать — ответил Айк. — Ну и через нейросеть ты можешь дать команду прекратить лечить человека. Нанести вред ему ты не сможешь — это запрещено, но прекратить лечение можешь.
— Отлично! Можно лечить, но не делать вечно молодым. А можем задать так, что после излечения заболевания, ну скажем ради которого мы дали этот препарат, наниты перестанут лечить и останутся только в виде шпиона? — спросил я.
— Конечно можно — ответил Айк.
— Отлично! Можно за какую-то услугу продать этот препарат, чтобы излечить от заболевания. А от следующего заболевания придется по новой покупать препарат — обеспечим свое постоянное влияние на человека — обрадовался я, и стал размышлять, как использовать нейросети для своей пользы в США. Мэра городка Ламонт и его жену мы уже подключили к своей базе данных — информация от них поступает к нам при его встречах со Смитом.
Может его под видом какого-то зелья продавать нужным людям? Нет, тут надо работать строго адресно. Дарить нужным людям бутылку виски с полусотней граммов нанитов — пять порций по два дринка. А еще лучше сто граммов нанитов туда залить — один дринк — одна порция нанитов. Точно не ошибешься, ни одна порция не пропадет даром. Надо в бар рядом с НАСА забросить ящик такого виски, и тогда информация о работе НАСА, о его стандартах и о всех разработках будет у нас появляться каждую неделю. Следующая цель — это микроэлектроника, Интел анонсировала выпуск микропроцессора 4004, с четырехразрядным арифметическим устройством. Кажется, это в Калифорнии находится, в Кремниевой долине. А нам требуется для задач управления дронам микропроцессор на тридцать два разряда — это Айк мне сообщил, а для задач управления вообще на шестьдесят четыре разряда. Да и мои инженерные знания подсказывают это — не даром я получил сертификат инженера общего профиля. Надо поставить углубленную базу знаний по микроэлектронике. Айк сообщил, что мы за двадцать лет сможем восстановить производство искинов, а это уже супер-уровень технологии, той же Коре до этого очень далеко.
Я решил поговорить со Смитом насчет продаж нашего лекарства от всех болезней. У нас две цели — формировать пул наших информаторов и зарабатывать на этом деньги.
Джон долго думал над этой задачей.
— Ну как бы неофициально можно будет продавать, но количества сам понимаешь, будут небольшими — выдал он.
— Ну а если тогда назначить очень высокую цену для него? Некоторые болезни не излечиваются — спросил я. — Надо искать миллионеров при смерти, которые больны неизлечимым заболеванием, раком например. Можно давать это лекарство с оплатой по факту выздоровления, под протокол. В этом случае нейросеть заставит заплатить за лечение.
— Идея хорошая, по предоплате практически невозможно продать неизвестный препарат — согласился Смит. — Я займусь этим вопросом, кажется мой одноклассник работает главным врачом в клинике Спокана. Сколько процентов ему отстегивать за посредничество?
— Десять процентов, с избытком хватит. Цена одной дозы миллион долларов, по сути, это цена жизни — ответил я. — И это начальная цена, потом она будет расти очень быстро.
Ого-го! — удивился Смит. — Круто берешь… Хотя оплата после лечения, если у тебя даже два миллиона, один-то легко отдашь за спасение. Все понял, схема вполне рабочая. Если это заработает, прииск можно будет закрывать! — хохотнул он.