Новый день в школе начался с объявления о комсомольском собрании — мы же все комсомольцы, и наш комсорг Маринка Егорова напомнила, что надо сдать взносы за лето. Если кто работал, то один процент от зарплаты. Я прикинул, что заработал за лето шестнадцать тысяч, с собой рублей триста было — я же теперь богатый парень, собирался после школы в ателье себе костюм новый заказать. Завтра закажу — не страшно, спешить некуда. Подошел на переменке к Маринке, отсчитал сто шестьдесят рублей и передал ей как комсомольский взнос.
— Корбин! Ты сдурел? Один процент от зарплаты сдают! — возмутилась Маринка.
— Ну так подели шестнадцать тысяч на сто — получится сто шестьдесят рублей — доказывал я ей.
— Сколько-сколько? — Маринка выпучила глаза.
— Я в артели золотодобытчиков работал, еще самородок и кучу золота сам нашел — пояснил я.
Вокруг нас сразу все притихли — при средней зарплате на Колыме в триста рублей получить такие деньги было нереально.
— Что, ты и налог с них заплатил? — спросила Маринка.
— Со сдачи золота не полагается подоходный налог тринадцать процентов платить, в бухгалтерии об этом сказали — ответил я.
— Ну ты зверь просто — покачала головой Маринка, приняла деньги, сделала запись в моем комсомольском билете и взглянула уже на меня по-другому, оценивающе. Мне пофиг, она слишком крупная для меня, меня привлекают миниатюрные девушки.
— Ты чего и правда в артели работал? — прицепились ко мне пацаны.
— Правда, но туда очень трудно попасть — ответил я откровенно, сразу убивая их надежду на легкий заработок.
Авторитет мой в классе взлетел до небес — я и так был в нем лидером в части учебы и всяких каверз — ну что взять с мальчишек? Но теперь я солидный парень с большим доходом! Наши девушки, как по команде, стали стрелять в меня своими глазками. Нашли мишень, блин! Я аж теряюсь от этого, непривычно. То внимание не обращали, а тут заметили.
На большой перемене я подсел к Погодину.
— Валера, хочу к тебе в гости заглянуть, у тебя есть фото новых самолетов я слышал — попросился я.
— Приходи, расскажешь, как такую деньгу зашиб! — улыбнулся Валера.
— Часа в три устроит? — спросил я. — Приду, расскажу.
— Устроит — согласился Погодин.
К Погодину я пришел подготовленным — со мной была баночка из-под майонеза 250 граммов, наполненная брусничным киселем и пятьюдесятью миллилитрами нанитов.
— Валера, у меня к тебе серьезное предложение, не сочти это за дурную шутку — начал я, когда Погодин разложил на столе фотографии американских истребителей.
— Слушаю тебя — насторожился он.
— Мне стал доступен универсальный эликсир, но в очень ограниченном количестве. Он может помочь тебе вылечить твои суставы. Но с условием, что ты становишься членом моей команды — сообщил я.
— Какой команды? — настороженно спросил Погодин.
— У меня большие планы на взрослую жизнь, хочу достичь больших высот. А для этого нужна команда верных и умных людей — ответил я откровенно.
— И чем ты собираешься заниматься? — все так же настороженно спросил он.
— Разными техническими задачами, в том числе авиацией и космосом — ответил я.
— Ну для этого не просто институт кончить. Надо будет еще за годы студенчества проявить себя, чтобы попасть в КБ, которое занимается авиацией, а тем более космосом. Например, в МАИ действует студенческое конструкторское бюро, вот я и собирался в нем авторитет зарабатывать, пока буду учиться там — высказался Погодин.
— Ну я тоже собираюсь закончить институт, пока остановился на ТИРЭТ, это в Томске, институт радиоэлектроники. А потом буду создавать прекрасные и умные приборы — ответил я. — Может вместе с тобой спроектируем и построим самолет, пока не знаю. А может космический корабль.
— Ты наивный Костя, кто же тебе позволит это сделать? — горько усмехнулся Погодин. — Я старше тебя на два года, поэтому узнал много в жизни, чему не учат в школе. Очень трудно пробиться, везде развито кумовство, даже в авиационных КБ.