- Я тоже взяла, боюсь, что иначе нам с тобой будет не пройти.
Алина нервно приложила палец к губам. Мама, конечно, мыла на кухне посуду, но вполне могла услышать и что-то заподозрить. Маша удивленно вскинула брови, Алина сделала большие глаза и громко произнесла:
- Спасибо, что зашла. Остальные ждут возле школы, как и договаривались?
На Машином лице мелькнуло понимание, и она также утрированно громко ответила:
- Да, все уже готовы. Только тебя ждали, уж решили, что ты передумала, поэтому я тут.
Алина поднялась и взяла в руки лыжи.
- Вроде все. Мам! Я ухожу.
Мама выскочила в коридор с рюкзаком в руках:
- Вот, положила туда бутерброды, немного плюшек, конфет, печенья и термос с чаем.
Алина закатила глаза, но рюкзак нацепила, и чмокнула мать в щеку, прошептав:
- Спасибо, мамочка. Мы вернемся поздно вечером.
- Смотрите, не заблудитесь! Отзванивайся, пожалуйста.
Алина кивнула и выбежала на лестничную клетку за уже успевшей выйти Машей.
У Маши все было рассчитано: восход был запланирован на десять утра, а через полчаса после него, когда станет более или менее светло электричка как раз должна приехать в Кирилловскую. На все про все у девочек было четыре с половиной часа до захода солнца – до этого момента было необходимо найти Аию и Никиту, решить с ними все вопросы и успеть на последнюю электричку, которая должна была отойти в 21.24.
Поэтому, сойдя с платформы, они быстро нацепили лыжи и поехали в нужном направлении, сверяясь с навигатором. Что самое удивительное все Алинины воспоминания вдруг затихли, и она совершенно не знала, в какую сторону надо идти. Может быть, она перенервничала накануне или слишком много внимания уделяла технике передвижения, ибо спортсменка она была так себе, на факт оставался фактом. Ее это несколько напрягло, о чем она не преминула сообщить Маше. Но ту смутить было невозможно – она ловко бежала впереди, периодически поглядывая на экран смартофона, чтобы не сбиться с дороги, глубоко дышала свежим морозным воздухом, выдыхая целые клубы белого пара, словно дракон или паровоз, равномерно переставляла руки и ноги, казалось без малейшего усилия, и успевала подбадривать еле поспевающую за ней Алину.
- Это совершенно ни о чем не говорит. Ты же человек, а не машина. И очень хорошо, что мы подготовились заранее. Место мы знаем, пути тут на два часа, дальше найдем лыжню и вообще вопрос техники. И, главное, посмотри, какая погода хорошая, солнышко даже пробивается, и ветра нет. Словно специально для нас.
Погода действительно была чудо как хороша: на небе ни облачка, сам свод густо-синий, освещенный не видимым из-за деревьев низким солнцем, и все вокруг сверкает и искрится, словно кругом рассыпали кучу драгоценных камней, аж глаза слепит.
Девочки быстро продвигались к намеченной цели, только один раз подзадержались, чтобы внимательно рассмотреть те самые пресловутые зубы дракона, которые прямой линией тянулись среди зарослей. Они сняли лыжи и, отбросив палки, пошли пешком к точащим из-под снега вершинам, проваливаясь при этом по пояс.
- Маша, может, ну их? Сейчас вымокнем все… - робко предложила Алина.
- Аля, на мне лыжный комбинезон, на тебе болоньевые штаны и непромокаемая куртка – это просто невозможно за такой короткий промежуток времени. Я хочу посмотреть.
И она лихо начала раскапывать один из камней. Дело шло туго, так как снег был глубоким, слежавшимся, в середине встречались абсолютно непробиваемые куски льда. Но Машиному упорству можно было позавидовать: снег она разбрасывала руками, а лед дробила лыжной палкой и наконец, минут через пятьдесят на свет явился большой – по грудь девочкам - заточенный камень.
- Красота! – вынесла свой вердикт Маша, удовлетворенно сложив руки на груди, - поехали дальше.
- Машенька, сколько времени? Темнеет, кажется… - негромко проговорила Алина, вглядываясь в резко посеревшее небо.
Маша проследила за ее взглядом, и лоб ее нахмурился:
- Плохо наше дело. Это тучи, снег будет. Пошли быстрее.
Девочки быстро натянули лыжи и продолжили свой путь. Вокруг становилось все мрачнее и мрачнее, поднялся ветер, и сдуваемый с земли и веток снег противно колол лицо. А потом вдруг стало черным-черно будто ночью, ураганные порывы чуть ли не сбивали с ног, невозможно было разговаривать, так как крик заглушался диким воем, словно гигантский охотник дул в свой рог. Вихрями кружилась в воздухе белая канитель и невозможно было понять, где ты находишься. Алина четко следовала за ярко-красной спиной своей предводительницы, проклиная в душе тот день, когда решила с ней сойтись на почве Сумерек.