Ниов про себя усмехнулся: «Сразу и в господа записал уж!»
— Добрый воин Йорег, скажи мне моё имя!
— Я не узнаю тебя, но твоя речь похожа на кое-чью речь. Я знал их давно.
— Кого — «их»? — спросил Талем.
— Господин Йорег, ты узнал меня?
— Тебя… невозможно теперь узнать, — горько отозвался рубиновый, — но ты, твой голос напоминает одного из братьев Сиадр, что погибли при схватке с Каррамом. Вернее, пропали и считаются погибшими, — поправился он.
— Сиадр… Каррам… Нет, я не помню! — обхватив руками голову, воскликнул Ниов. Юноша молча разглядывал его. Тогда заговорил Талем:
— Каррам жил во Враньем Пике. Колдуны после сорока лет своего шаманства идут на покой. Престолоблюститель им обязан выслать в дар то, что они попросят. Всегда это было не более, чем старой традицией, и дар этот был символичным. Но последние колдуны просили то сундук с ценностями, то табун лошадей. Выходило, что выслать волхва на дожитие влетало казне в копеечку. А этот старый пень и вовсе умом тронулся: затребовал у Летислава его дочь, Нилию! Жениться он, что ли, вздумал на седьмом десятке лет. И на ком — на юном цветочке, на Нилии, которой нет ещё и восемнадцати!
Ниов сидел, спрятав голову в ладони. В сознании метался вихрь имён — Каррам, Летислав, Нилия — которые ему ни о чём не говорили и не будили никаких воспоминаний. Рестам и Ретиллия заметили состояние Ниова:
— Ну, поздно уже, отдыхать пора, господа мои солдаты. Леда с ума не свела, так вы сведёте своими рассказами! Завтра договорим, добрые мои воины, — властно распорядился хозяин дома.
— А ну-ка давайте доедайте, что тут еще осталось! — заворковала его супруга. Ниов был несказанно благодарен им обоим.
Складывая мысленно кусочки головоломки, он скомканно попрощался с гостями. Йорег выглядел не меньше растерянным. Разобнявшись с отцом, он попрощался. К тому же пообещал прийти назавтра днём, если хозяева не будут возражать. Ретиллия затараторила:
— Конечно, конечно, добрый воин Йорег Гурд! Принимать тебя гостем — большая честь для нас.
Наконец дом угомонился. Ниов сидел за опустевшим столом, пока Ретиллия суетливо прибиралась. Алестр с Истаром скрылись в комнате, которую хозяева отвели гостям под спальню. Авит дожидался тишины, молча стоя в стороне. Ниов был благодарен ему за это молчание. Когда все разошлись и улеглись, Авит подошел, тронул Ниова за плечо и сказал:
— Пошли?
Ниов кивнул и без расспросов последовал за ним. Авит взял свою накидку и пошел к двери. Укутавшись сразу в два плаща, Ниов вышел на улицу вслед за Авитом. Было по-весеннему свежо. Усевшись на крыльцо и прижавшись друг к другу боками, они вначале молчали, уставившись на чернильные пятна туч на тёмно-синем полотне. А потом долго говорили ни о чем — о дырявых сапогах, стёртых в дороге, о симпатичной горничной в трактире за день пути до Кронграда, о неудобных мощёных улочках на окраине столицы и о попугайском облачении патрульных. Ниов был благодарен Авиту за эти разговоры. Когда мрак ночного неба едва приобрел светло-сизые рассветные оттенки, оба поняли, что их сморило. Доплелись до постелей и рухнули в сон — без мыслей и раздумий.
Глава 3. Приём у государя
Ниов наскоро глотал поздний завтрак — Йорег торопил.
— Я доложил о нашем приходе владыке Летиславу Кронос. Он примет нас в полдень. Нельзя опаздывать!
— И как же ты меня представил? — дожевывая сыр, поинтересовался Ниов.
— Правду сказал. Что ты — один из братьев Сиадр. Что ты выжил и нашелся.
— И тебе так запросто поверили? — хмыкнул Ниов. Йорег выпрямил спину и задрал нос.
— Правящее семейство Кронос удостоило меня чести являться в одиночку ко владыке без доклада даже в послезакатные часы. Доложить должны только о тебе!
— Ладно, пошли, — Ниов уже почти на ходу запивал завтрак. Поставив кубок, схватил плащ. Перед дверью задержался: капюшон привычно укутал голову, скрыв лицо от любопытствующих глаз. Выскочил на улицу первый, потом властно сказал:
— Веди!
Йорег направился по улице. Заметив, что хромой отстает, солдат подал ему руку. Сегодня он был при параде, отметил Ниов. Посох был с ним.
Улочка уперлась в реку. Свернув, теперь они пошли вдоль неё.
— Это Астрона. Дальше по течению, в Белой долине, она падает в каньон, а из него — попадает в подземную Леду.
— Я знаю, — благоговейно отозвался Ниов.
Йорег удивлённо поднял на него взгляд.
— Я читал и изучал карты в Дубовой Обители.
— Нет. Ты знаешь, потому что здесь, на её берегах, ты гулял с братом. Ты вырос тут. Окна твоего дома смотрели на Астрону.