Фрески и рельефы египтян показывают прекрасный мир — лотосы, папирус, ловкие красивые животные, прекрасные и здоровые люди. А в той же передаче о танцовщице в течение часа рассказывали, как больны были все эти люди. Начиная с того, что средний возраст мумий — до 40 лет. У большинства египтян были больные суставы и позвоночник, они были заражены паразитами из пресных водоемов и испытывали от этих болезней сильные боли.
Но ни в одном из текстов Древнего Египта нет ни слова ни про глистов, ни про боли.
Ученые всерьез подумывают: возможно, именно поэтому для древних египтян так важен, важнее земной жизни, был загробный мир. Земная жизнь была столь трудна и болезненна, что они всю ее отдавали на «благоустройство» жизни загробной, где надеялись найти покой и здоровье. Это был их виртуальный мир.
Прекрасные статуи древних греков — разве это не виртуальная реальность? Скелеты, раскопанные археологами в древнегреческих городах, принадлежат невысоким коренастым людям с чертами лица, далеко не всегда соответствующими «греческому профилю».
Чуть ближе в наше время. Чтение книг, особенно художественной литературы, тоже порождает виртуальную реальность. Собака Баскервилей и Шерлок Холмс так же реальны для всякого читавшего о них человека, как любой англичанин, живший в те времена, — хоть сам Артур Конан Дойль или королева Виктория.
Действительно, чей образ в культуре важнее: Льва Толстого или Пьера Безухова? Вопрос, однако...
Виртуальный мир властно вторгался в реальный мир реальных людей, навязывал им свои понятия.
Викторианство в Британии ввело культ «чистоты» девственности и всерьез утверждало «природную» чистоту женщин, «свободных от желания плоти». Разве это не виртуальность?
Люди, всерьез влюбленные друг в друга, скрывали это «ужасное» обстоятельство, трусы иносказательно име новались «невыразимые», ножки рояля старательно упаковывались в ткань, чтобы не вызывать никаких ассоциаций.
А некий юноша, ставший потом священником, в 1890 году очень страдал: он в свои 14 лет впервые узнал, что когда-нибудь прекрасная «чистая» девушка станет его женой... И он будет должен поступить с ней таким отвратительным образом, осквернить ее «чистоту»!
Бедная девушка, влюбившаяся в этого идио...
я хотел сказать, в этого «благородного» человека...
А в России? Возьмите книжный мир «возвышенных чувств» начала XX века: мир литературных героев Куприна, Чехова и иже с ними — разве это не виртуальность?
А ведь люди искренне пытались жить в этой виртуальности, по ее правилам.
Совсем наши дни. Когда дети уходят от реального мира в мир компьютерный — считается, что это плохо. Они живут в опасной виртуальной реальности...
А когда дети моего поколения, дети постарше-помоложе уходили от реального мира в мир книжный — разве это не то же самое? Интеллигентные мальчики и девочки все детство стопками читали книжки, и добро бы только по истории, «про динозавров» и фантастику.
Но ведь в этих книжках действовали и майор Пронин, и «правильные» пионеры, и отвратительные классовые враги, и героические красноармейцы. В этих книжках добро всегда побеждало то, что авторы считали злом, любовь всегда должна была быть в конце концов вознаграждена, а злые вредители, белогвардейцы и плохие пионеры погибали или сурово осуждались.
Этот бред... Он что, был очень полезен для подростков?!
Полезнее компьютерной игрушки?!
В наш век
В наш век виртуальная реальность сильнее, и влияние ее порой сказывается мощнее. Ведь у нас есть не только книги — читая книгу, надо еще придумывать, представлять себе того же Пьера Безухова или Шерлока Холмса. У каждого из нас появляется свой собственный облик литературного героя...
У нас есть радио, которое дает звуки голосов... звуковые образы. В 1930-е годы в США началась паника, когда по радио начали транслировать «Войну миров». Люди решили, что на Землю действительно напали марсиане, и кинулись бежать, вывозить в глушь свои семьи.