Инстинктивно постарался задвинуть её за спину, но она не поддалась. Люциан открыла дверцу, свет упал туда, но его не хватило, чтобы осветить тёмную дыру. Сначала сверкнули два глаза, а потом к этим глазам присоединилась ещё одна пара, не менее пугающая. Что-то или кто-то не мигая смотрели на на нас, а точнее на меня. Это было чертовски страшно, но, смотря на спокойно стоящую рядом Люциан, я успокаивался. Раз она не боится, то и мне нечего.
— Тебе страшно? — она взяла мою ладонь в свою.
— Уже нет, — я не соврал, страх и вправду улетучился, словно и не было его, стоило ей только прикоснутся.
— Ну и хорошо, — сверкнула белоснежная улыбка. — Рам¹, Рэм², ко мне! — резко крикнула, да так громко, что у меня в ушах зазвенело.
Из темноты вышел первый зверь, тот самый, которого я видел, когда был пьян. Один гибкий прыжок и показались две мощные лапы с острыми и изогнутыми когтями. Затем он подтянул тяжёлое тело и полностью вышел наружу, а за ним второй, такой же, только чуть меньше. Два исполинских размеров зверя стояли нешевелясь, лишь короткие хвосты угрожающе подрагивали. Я и сам замер, меня сковало напряжение, но страха не было.
— Откуда? — вырвался вопрос.
— Это мои псы — мутанты, — подошла к тому, что самый крупный и почесала его за острым ушком. — Это Рам, он такой милах, когда слушается.
Рам довольно высунул язык и закрыл глаза от удовольствия. Я сразу же взглянул на зубы: они абсолютно обычные, никаких акульих зубов, такие, как у всех собак, только их чуть больше и острее.
— Что значит "мутанты"? — Рам расслабился и перестал на меня обращать внимание, наслаждаясь лаской хозяйки, а я в это время неотрывно следил за вторым, а он за мной.
Странно, я, считающий себя начитанным человеком и сведущим в плане новостей, никогда не слышал о таком: чтобы собаки так мутировали... Но, хотя, я же историк, а не биолог, так что в этом не ничего удивительного.
— В природе иногда такое случается. Они как гибриды волка и собаки, только без собаки, — Люциан задавала смешок, видимо, ей показалось это смешным. — Ничего особенного, просто они крупнее обычных собак, чуть умнее и дольше живут.
— Ты забыла добавить "опаснее".
— Нет, на людей они не нападут. Я потратила много лет на их дрессировку, только мне обидно, что они ослушались и сбежали.
— Ты так говоришь, как будто они понимают тебя.
Она замялась, а я не стал ждать ответа и продолжил:
— Это они виноваты в пропажах?
— Да, но этого больше не повторится — я их запру, — сказано это с такой решительностью, что я уверен — она выполнит сказанное.
А пёсели — теперь, когда я их не боюсь, они кажутся даже милыми — жалобно прижали острые уши к лобастой голове, словно прося прощения, и тихо заскулили. Смотреть на гигантов, изображающих раскаяние, было довольно интересно. Особенно тогда, когда они высунул шершавые языки и попытались лизнуть хозяйку в нос, но она их оттолкнула.
— Кажется, они очень расстроены, — сказал я.
— Ну конечно! Им здесь и так смертельно скучно, а если я их запру, то они вообще зачахнут, — пёсели, словно понимая сказанное, синхронно закивал головой.
— Так может не запирать их? Как часто ты с ними гуляешь? Крупным собакам, особенно активным, нужны постоянные прогулки и тщательная дрессировка.
Люциан задумалась. С её образом жизни — домоседством — это не удивительно, что собаки сбегают так часто и в тайне от хозяйки.
— И что ты предлагаешь: гулять с ними вечером?
— Можно и так, а можно и утром. Я читал, что у собак самое активное время в сутках, это утро.
— Я согласна. Но Рам и Рэм более активны ночью, чем днём.
— Тогда решено — будем вдвоём гулять сними каждый вечер! — я был в ожидании положительного ответа, ведь, если мы будем встречаться каждый день, то у нас будет больше шансов на сближение.
— Хорошо, с завтрашнего вечера и начнём. А сейчас время наказания!
Дальше она одним движением прогнала Рама и Рэма обратно. Они в последний раз грустно взглянули сначала на Люциан, а потом на меня и запрыгнули обратно в подвал. Она закрыла дверцу, а я передвинул стиральную на место.
Как только мы со всем закончили, только собирались подняться обратно, как раздался требовательный стук, но, не получив ответа, он прекратился и послышался звук открываемой и закрываемой двери. И кто же это в столь поздний час? Кажется, я догадываюсь.
Мартин нашёл нас сразу же. В этот раз он выглядел по-другому. Не то чтобы он стал мене привлекательным, но его красота определённо поблекла. Или мне это только кажется? Кожа стала белее, а под глазами были тёмные круги. В руках Мартин держал стопку книг в твёрдой обложке — видимо, подарок для Люциан. Он выглядел таким весёлым, когда входил в помещение, но, как только увидел меня, сразу сменил весёлость на раздражение.
— Опять ты?! — почти крикнул мне в лицо.
— Опять ты?! — повторил за ним.
Мне хотелось хорошенько врезать ему за то, что всё это время он радовал Люциан, а не я. Пока я ждал — он действовал, и в этом заключается моя главная и самая большая ошибка, которую я больше не намерен допускать. С трудом сдержал отвращение, смотря на него и он, похоже, тоже.
— Чем это вы тут вдвоём занимаетесь? Я не мешаю, может мне уйти? — а вот эти упрёки больше были направлены на спокойно стоящую Люциан, чем на меня.
Неужели этот сопляк ревнует?! Да какое он вообще право на это имее?. Я, конечно, понимаю, что не в праве указывать другим, но это исключение.
— Закрой рот. Она не должна перед тобой отчитываься. И вообще: что ты здесь делаешь?
Любопытно только одно: как всё это время я не замечал его постоянные посещения. Возможно, это всё из-за того, что он приходил поздней ночью, когда я сижу на диване за хорошим сериалом или уже сплю. И поэтому не слышу звуки
двигателя машины.
— Я? Это я тебе должен задать этот вопрос.
— Не драться! — предупредила Люциан.
Она словно прочла наши мысли. Напряжение между нами нарастало и у нас обеих чесались кулаки. Мы чем-то похожи на двух петухов, готовых к драке: я с черными перьями, а он с цветными.
— Это тебе, — протянул ей книги.
Вот этот восторженный взгляд, которым она его одарила, должен быть только моим! Так почему он достаётся ему? Больно, чертовски больно.
Повисло долгое молчание, которое прервала Люциан:
— Вы не думаете, что уже слишком поздно для ссоры? Мартин, я очень благодарна за подарок, и сейчас я пойду читать его. А вы, если хотите, оставайтесь, но компанию я вам не смогу составить.
Кому-то покажется что она просто от нас избавилась, но это не так — она предотвратила надвигающуюся драку. Я и Мартин уже были на пределе и до первого удара нам было совсем ничего. Я благодарен ей за то, что она не выбрала кого-то из нас, по крайней мере сейчас, тем самым причиняя другому боль, а дала нам самим решить: кто и насколько останется — мудрое решение. Мартин тоже это понял. Он кивнул мне, я ему в ответ и мы поочередно вышли из дома, оставляя Люциан наслаждаться новыми книгами.
Я зашёл в свою спальню с мыслями о нашем завтрашнем свидании. Лёг на жёсткий матрас и сон сразу же взял меня в свои объятия.
Рам¹, Рэм² — изменённое сокращение от Ро́мул и Рем – легендарные братья-близнецы, основатели Рима. По преданию, они принадлежали к роду царей, были брошены на берегу реки, где их выкормила волчица.