— Мария Григорьевна, можно? — вошёл без стука, слишком много важности ей будет.
— Александр Олегович, вам всегда можно. Присаживайтесь, — указала на стул напротив. — У меня важное дело, — она любит говорить это словосочетание, особенно когда хочет что-то вытребовать для себя. Я слышу эту фразу на каждом совещании и каждый раз, когда посещаю её кабинет.
— Да, конечно, — присел и закинул ногу на ногу. — По какому „важному делу” меня позвали?
— Что же вы так сразу к делу, давайте поговорим... — она начала говорить, но тут же осеклась, увидев отсутствие интереса у собеседника. — Ну... Я хотела сообщить радостную новость: вы получаете премию за тяжёлый труд и любовь учеников, — пухлые губы подарили улыбку.
Молчал, не зная, как ответить. Меня мучал один вопрос: какие это ученики меня любят?! За те годы, что я преподаю здесь, мне ни разу не попался класс, который всецело любил бы меня и мой предмет, а тут на тебе...
— Вы рады? — требовательно заглянула мне в глаза. Не знаю, что хотела там увидеть, возможно радость, но она осталась расстроена произведённым эффектом.
— Я, конечно же, очень польщён, но эта премия досталась мне незаслуженно, — стараюсь говорить мягче, чтобы чем-нибудь не обидеть. — К тому же я живу один, для меня они будут лишними. Наталье Михайловне они нужнее будут — пожилая женщина и к тому же недавно вышла с больничного.
Мария Григорьевна замерла на несколько минут в раздумьях, уголки губ уныло опустились.
— Вы правы. Значит, — настроение директрисы резко изменилось, — благородный. Ну хватит об этом. Настоящая причина нашей встречи в другом: мне нужна мужская помощь, а кроме вас некому обратится. Понимаю, что это не профессионально, но я вынуждена.
Она закончила начало своей речи, а я только сейчас заметил, как она красиво одета. Видно было, что сегодня уделила внимание внешности больше, чем обычно, доведя до совершенства каждый локон, каждую складочку на юбке. Надо признаться, всё в ней было идеально, но это не прильщало меня.
— Ну хорошо, я вас слушаю, — сосредоточил внимание на её лице, не отвлекаясь на расстёгнутую пуговицу блузы.
— Вы знаете, я живу одна и мне некому помочь с домашними делами, а иногда требуется помощь: то холодильник сломается, то утюг, то стиральная машина. Вот мне и приходится звать мастера, а это дорого. Обдирают нещадно, а у меня маленькая дочка, экономит надо. Вот я и подумала, — щёки покрылись румянцем, к слову, это впервые, когда я вижу, как она краснеет, — что ты мог бы помочь мне с этим, — резко перешла на „ты”.
Появилось большое желание отказаться, но не смог. Что же я, эгоист какой? У неё дома дочь, а воровать она не ворует, чтобы позволять себе при каждой мелочи звать мастера. Женщина она хорошая, как и мать, и директор, честная и не позволяет себе вольности в виде взяток, краж и тому подобное. Только этот факт заставил меня согласится.
— Ладно, когда вам удобнее?
— Ты можешь обращаться ко мне не так официально, — махнула рукой.
— Разве что в неурочное время.
— Хорошо, всё равно уже последние дни, потом экзамены и всё, ты свободен. Мы можем иногда... Ну... — замолчала, оставаясь всё такой же румяной.
— Я понял вас.
— Мне удобнее будет на выходных, ближе к обеду. Ты сможешь подойти?
— Конечно, — мне хотелось бы потратить это время на новую книгу, но теперь пути назад нет.
— Тогда я тебе напишу свой номер и адрес. Я живу на квартире, там звонок сломан, поэтому громче стучись в дверь, — достала листок и красивым почерком написала всё необходимое, в самом конце красиво выведя своё имя. — Держи, — протянула бумашку.
— Это всё? — спрятал листок во внутренний карман пиджака.
— Да, ты можешь идти.
И я ушёл, быстро так, словно лань, убегающая от леопарда.
Уже дома сел за телевизор с домашним попкорном, его я делаю из специальной кукурузы, которую выращиваю в огороде. Дом, который достался мне от деда в наследство, находится в маленьком посёлке городского типа. Семнадцать комнат, два этажа, гараж, сад, огород — вот весь арсенал. Дел у меня мало, всё же конец года. Всё, что можно было сделать, я уже сделал, остались только экзамены, но они меня не тяготят. Времени много, поэтому я просидел за просмотром документального сериала почти до вечера.
Вечером спустился на первый этаж приготовить поздний ужин. Я как раз ставил воду для пельменей, когда услышал пронзительный кошачий визг. Первой мыслю было, что опять группа хулиганов, постоянно шастающая по округе, решила изувечить кошку. В прошлый раз я застукал их, когда они обливали горячей водой собаку, а теперь за кошек принялись.