— Ну всё, мне это надоело! — сказал вслух, хлопнув ладонью по новенькой книге.
Я был полон решимости отправится к соседу и вытребовать у него знакомство. Почти две недели прошло, как он живёт рядом, и за всё это время он ни разу не вышел на улицу, по крайней мере я и всё жильцы на нашей улице этого не видели. Пора познакомится с домоседом.
Через полчаса уже собрался и предстал в приличном виде перед калиткой соседа. Почему-то не хотелось кричать, а звонка не было, поэтому просто толкнул калитку, она легко поддалась и с лёгким скрипом раскрылась. Шагнул внутрь: дом снаружи остался таким же, каким был, только окна изнутри закрывали плотные шторы тёмно-синего цвета, да и трава пожухла.
Шагов десять и я уже возле старой двери, ещё от прошлого хозяина, которую не сменили даже не смотря на плачевный вид. Постоял немного в нерешительности и всё же осмелился постучать. Такое простое действие привело в крайнее эмоциональное возбуждение, словно я не в дверь соседа стучусь, а к самому дьяволу.
На стук никто мне ответили мертвой тишиной. Несколько раз ещё крикнул, но безуспешно. Собирался было отправится домой, но решил на последок дёрнуть ручку: вдруг этот забывака забыл запереть дверь? Нажал на ручку и дверь со скрипом поддалась, открывая вход в тёмный коридор. Света здесь почти не было, куча барахла валялось прямо на пыльном полу. Пол здесь был таким же, как и во сне. Нагнулся, может найду следы босых ступней, но ничего не обнаружил кроме следов от ботинок рабочих, которые и перетаскивали весь этот мусор, так бережно заботясь о его сохранности.
— Эй! Есть кто? Я вхожу, — предупредил хозяина, но сомневаюсь, что он услышал. Наверное, его нет дома. Но как же тогда утренние звуки пианино?
Кашлянул несколько раз из-за пыльного воздуха и направился вперёд. Я здесь и раньше бывал, когда был жив прежний хозяин, поэтому без труда отыскал лестницу на верхний этаж, где находятся спальные комнаты. Если там никого не окажется, то я готов признать, что утреннее происшествие лишь плод моей разгулявшейся фантазии.
Осторожно ступаю по ковру в уличной обуви, не жалея его, всё равно грязный. Вот я уже у спальни хозяина дома, если он решил обустроиться именно здесь, что вероятнее всего. Что же я делаю?! Пробираюсь в чужой дом, как будто я вор или преступник какой-то. Стыдно, но любопытство сильнее. Я удивляюсь только тому, что до меня это ещё никто не сделал из соседей.
— Я вхожу, — предупредил сам не знаю кого, открывая дверь в предполагаемую спальную хозяина.
Здесь было теснее, чем в других комнатах, но даже так мне удалось разглядеть обстановку некогда просторной комнаты, а теперь кажущейся такой маленькой. Возможно, причиной являются картины и пустые холсты вокруг кровати с черным бельём. Бесшумно направился к кровати: шаги заглушал очередной ковёр, моё присутствие выдавало лишь тяжёлое дыхание.
На кровати в позе мертвеца лежала прекрасная девушка с черными волосами, которые беспорядочно лежали на единственной подушке. Первой мыслю, что пришло после осознания её красоты, это, что она мертва. Уж больно неестественно бледна кожа, неподвижно тело, даже грудь не вздымается.
— Эй! Жива?! — дёрнул хрупкую девушку за плечо и сразу почувствовал, какая она холодная и жёсткая. Это что, трупное окоченение?! Господи, она точно мертва.
Отлип от плеча мертвой и дрожащими руками попытался достать телефон из кармана джинсов, чтобы позвонить в полицию, но ничего не получалось. Руки слишком сильно дрожали, а пальцы вспотели, поэтому мне не удавалось никак набрать нужные цифры.
Перед глазами всё поплыло и дрожь усилилась, когда понял, что никуда уже звонить не надо, ведь труп сел на постели, свесив ноги вниз, и сейчас смотрит на меня чёрными глазами, так похожими на мои. Никогда мне ещё не было так страшно. Футболка взмокла от пота и прилипла к телу.
— Т-т-ты... — начал было я, но меня перебили.
— Ты кто? — девушка была очень удивлена.
— ...мертва... была... — продолжил через какое-то время.
— Какой смешной, — прекрасная соседка улыбнулась.
Только сейчас я заметил, насколько необычны её внешность и черты лица, даже манера держать себя. Её осанка безупречная, а поза, в которой сидела, легка и беззаботна, что плохо связывалось с возникшей ситуацией. Если бы мы были сейчас в прошлых веках, то я бы без сомнения принял её за аристократку и поклонился бы до самого пола, показывая своё уважение и восхищение. А восхищаться было чем: чёрные волосы доходили прямыми прядями почти до бёдер, из-за неестественной бледности они смотрелись ещё чернее, чем есть, довольно худое тело, но сразу видно, что крепкое, аккуратная талия и грудь, изящные ручки с серебряными колечками, большие глаза с густыми ресницами и бровями и острый, но аккуратный носик, а довершали образ алые и пухлые губы, на которые я пялился, словно озабоченный идиот.