— Перестаньте глушить домофон, и я подумаю над вашим предложением? — Донеслось непонятное шуршание, что то пикнуло и вспыхнула цветная картинка.
Низкая девушка с белыми волосами(уж такая мода была) и миловидным круглым личиком почти невинно смотрела в камеру, окружённая пятью мужчинами в чёрном. Только в глубине серых глаз виднелся фанатичный огонь и искорка безумия. Про таких людей говорят: в тихом омуте черти водятся.
Я нажал на кнопку, и камера опустилась ниже. Прямо у ног белобрысой лежал большой прямоугольник, чем-то похожий на маленький гробик с ручками.
Услышал цоконье когтей по плитке. Ну что же, Рам и Рэм рядом, значит, прикроют в случае чего.
— Дверь открывается, — предупредил их, а сам отошёл в сторону, так, на всякий пожарный, вдруг начнут стрелять. Но ничего не последовало. Юлия Д-15 спокойно вошла внутрь, волоча за собой странную вещь.
— Ох, не поможете? Это ваш подарок, но он тако-о-ой тяжёлый. Ух! — Я посмотрел на «подарок»: внутри ничего не слышно. Да и девушка настроена не агрессивно, иначе бы я почувствовал: сердцебиение, запах, мимика — всё бы её выдало.
Ну что же, пришлось ей помочь. Странная вещь оказалась лёгкой. Вместе мы прошли в просторную гостиную, что сейчас является редкостью. Она уселась на соседнее кремли и спросила:
— Можно позвать госпожу Люциан. — Мне показались странными её слова и смутно знакомыми. Никто в нашем веке не использует слова «госпожа» и «господин», так что неудивительно.
— Она уже идёт, — ответил ей. — Люциан слышала каждое наше слово, так что не волнуйтесь — не заставит себя долго ждать. — Как только я закончил говорить, как Люциан вошла в комнату. Она села рядом, положив одну руку мне на колено, словно успокаивая в безмолвной поддержке.
Надо было видеть фанатичные искры вспыхнувшие в глазах Д-15. Она буквально превратилась в маленькую бомбу, которая вот-вот взорвется, грозясь уничтожить всё на своём пути, если, конечно, её кто-то не уничтожит быстрее. Например — я. Ну а что? Если она продолжит и дальше так пялиться на мою жену, то я это сделаю.
— Приветствую, Юлия Д-15, — поздоровалась Люциан.
— О, моя госпожа, — девушка неожиданно упала перед ней на колени и схватилась за руку моей, я повторяю, моей Люциан, — я восхищаюсь вами. Так долго прожить не каждый сможет. Я, под руководством отца,( вам ещё предстоит с ним познакомиться) лично занималась исследованиями. На данный момент вы самый древний вампир. Да что там — вы самый древний из когда-либо существующих. Ваш возраст составляет, на сколько мне удалось узнать, тысяча двести восемнадцать лет. Потрясающе! Потрясающе! — Теперь я вспомнил, кого же она напоминает — доктора Франкенштейна.
— Хм, а я и не знала, — Люциан пожала её руку и отстранила Д-15 от себя. — Но всё же: по какому поводу вы здесь? Не думаю, что вы собираетесь нас убить. Ведь так?
Д-15 всё также, стоя на коленях, ответила:
— Конечно нет! Ни за что на свете. Вы — моя детская любовь, впрочем, как и любовь моего отца. Он сейчас возглавляет СОВ. Теперь мы ловим вампиров не с целью уничтожения, а с целью защиты, ведь вас осталось так мало. Всего тринадцать известных, считая вас, на сколько мы знаем. И большинство в тяжёлой депрессии, множество раз пытались совершить самоубийство.
Люциан только хмыкнула.
— Теперь вы и нас берёте под защиту? — спросил я.
— Не совсем. Мы предлагаем вам взять коне-кого под защиту, если так можно выразиться.
— Хм… — Люциан потёрла подбородок, — неудивительно. Нас всегда было мало. Даже в расцвет насчитывалось семьдесят три особи.
— Я об этом не знала. Думаю, нам ещё предстоит много разговоров и встреч. Так вот! Дело, по которому я пришла, это — вампирский ребёнок. Он, а точнее она, была найдена несколько месяцев назад. Её мать покончила с собой, отец неизвестен. Малышке всего три года, полностью здорова. И СОВ — будущий СЗВ (Сообщество Защиты Вампиров) — решило её отдать вам. Вот, собственно и причина, по которой я здесь.
Я с Люциан скосили глаза на ящик. Только не говорите, что там ребёнок! Вот тебе и подарочек! Они там, в СОВ или СЗВ, как там их, совсем с ума сошли? Мозги засохли?
— Да-да, — начала Д-13, — она там. Вы только не волнуйтесь, жизни девочки ничего не угрожает. Можете сами убедиться, — она приложила большой палец к круглому пятну, это, видимо, замок. Крышка с характерным звуком откинулась назад. Я с Люциан поддались вперёд, чтобы лучше разглядеть девочку.
Совсем маленькая, одетая в пышное платьице, она лежала неподвижно на спине. Плотно сомкнутые веки лишь слегка дрожали, а ноздри чуть шевелились. Крошечные ручки скрещены на выпуклом животике. На голове еле-еле шевелились чёрные кудряшки, а всему виной кондиционер, бесшумно вбирающий воздух и выпускающий его обратно, прямо над нашими головами, создавая лёгкий ветерок. Бледный носик сморщился, и девочка подняла веки: на нас посмотрели два янтарных глаза, самого необычного оттенка, который я видел. Глаза будущей хищницы. Какой же она красивой станет, когда вырастет, и представить сложно.
— Я вспомнила её отца. У неё его глаза, — Люциан слегка улыбнулась. — Не думала, что этот мерзавец ещё жив.
— О-о, значит, — загорелась Д-15, — теперь мы в поисках четырнадцатого? — Д-15 ещё что-то говорила, но Люциан перестала слышать. Она взяла малышу на руки и крепко прижала к себе.
— Ты слышишь? — спросила Люциан. И мне вспомнился тот день, когда я узнал о её природе.
— Что именно? — спросил в ответ, точно также, как и тогда.
— Как беспокойно бьётся её сердце?..
— Да, как и твоё.
Ненужно больше слов, всё и так понятно. У нас только что появилась дочь, так неожиданно, которую мы будем любить всем сердцем. Всю жизнь.