Сказано — сделано: догнать несущуюся по не пустой улице машину, пусть и спортивную, когда ты летаешь с «самолётными» скоростями, дело не сложное и не долгое. Пара минут, и я уже завис над нужным автомобилем метрах в шестистах-семистах, ниже спускаться пока спешить не стал. Решил подождать, когда Катерина город покинет, выйдет, так сказать, на оперативный простор. Там и глаз любопытных поменьше, и шансов, что кто-то помешает.
Однако, город оказался большой. Катина машинка выбиралась из него почти час, что с её скоростью и стилем вождения достаточно ярко иллюстрирует его размер.
Но, ничто не длится вечно. Наконец, под колёсами спорткара не улица, а трасса и я резко спикировал вниз, приземлившись, что твой Супермен или Хэнкок метрах в тридцати впереди неё.
Что я ожидал? Визг тормозов, вонь горелой резины, черный дым из-под колёс, идущую юзом дрифтующую машину? Хрен я угадал! Катерина даже пытаться тормозить не стала!
Пара резких рывков руля, азарт в блеснувших за лобовым стеклом её глазах, и спорткар, доказывая, что он реально спорткар, а не просто погулять вышел, легко и почти изящно меня обогнул, заскочив для этого немного на встречку.
Обогнул и унёсся дальше.
А я… как дурак хлопая глазами, остался стоять на месте. А на меня уже летела отчаянно сигналящая тяжёлая гружёная фура. Еле успел сообразить и вверх выпрыгнуть, вновь набирая высоту.
Так-то мне встреча с фурой особой опасностью не грозила: «Стихийный покров» ведь активен, и он достаточно толстый, чтобы пострадал не я, а фура. Но зачем же до такого доводить? Водитель фуры-то в чём виноват? Лишние жертвы — они лишние, а лишнее — ни к чему.
Снова небо. Снова поиск глазами удаляющейся машины. Снова обгон. Только теперь я уже не впереди неё приземлился, а на сам её капот грохнулся, слегка вмяв его своими, закованными в водную броню ногами.
Удар сильный получился и тяжёлый. Насколько я успел заметить, тачка даже просесть умудрилась на своей подвеске от него. А ещё инерция попыталась меня с капота скинуть — машина ведь движется, и с весьма значительной скоростью.
А вот про инерцию от резкого торможения машины я забыл, и вставшая колом спортивная тачка (какие-то, прям, нереально крутые тормоза у неё оказались!) откинуть меня вперёд сумела. Не так, чтобы я прямо улетел в лобовик мчащейся по встречке ещё одной фуры, всё ж, рефлексы после моих полётов, а ещё больше — обучения им, у меня сформировались хорошие, но метров на десять от капота спорткара — да, отлетел. Но быстро справился с собой и остановил движение простым волевым усилием («Стихийный покров» — это реальный чит!). Остановил, завис в воздухе на высоте пары метров, потом опустился на асфальт.
— Какой ты настойчивый, однако, — мурлыкнула вылезшая из своего спорткара Катерина. — Намёков и отказов от девушек не принимаешь?
— Зачем? — хмуро спросил я. Не было никакого настроения для пикировки. — Зачем ты это сделала?
— Что сделала? — изобразила невинность и полное непонимание Катерина. И даже ещё ресничками похлопала.
— Зачем ты подставила всех тех людей! — сорвался на рык я и больше того — топнул ногой по асфальту так, что дорожное покрытие лопнуло и зазмеилось трещинами. Да и голос мой прозвучал… куда громче, чем я изначально рассчитывал. Так, что Катерина даже поморщилась.
— Чего орёшь? — спросила она. — Каких людей?
— А то ты не понимаешь! — шагнул вперёд, к ней навстречу я. — Мы были в борделе! И вышли порознь! Ты ведь сама говорила про «взрыв бытового газа»!
— О? — изогнула дугой бровь она. — Кто-то научился складывать два и два? — только взгляд её и тон заметно похолодели. Вот только насмешка из глаз не ушла. И это, прямо, бесило! И я снова топнул. После чего приблизился почти вплотную и навис над ней. Пусть она и не отличается малым ростом, но до медведя-Долгорукого ей всё ж далеко, так что пришлось ей слегка запрокинуть голову, чтобы продолжить смотреть мне в глаза. — Наглеешь.
— Зачем⁈ — снова прорычал я и даже развёл руки в стороны.
— С чего, вдруг, такая смелость? — прищурилась она.
— В сторону шутки! — совсем сорвался я и вообще схватил своей лапищей её за горло. Ну, а что? Я ж так и так умирать собрался. Так, чего миндальничать и сдерживаться? — Отвечай, зачем⁈
— В сторону, говоришь… — ещё опаснее прищурилась она. — Зачем, спрашиваешь?
— Ррр!! — совсем уж вызверился я. В следующую секунду мощный удар откинул меня спиной вперёд от неё на несколько метров. Мощный настолько, что мой «Водный покров» оказался пробит в нескольких местах. Естественно, и тело под ним тоже. Но на это мне было плевать — лёгкое волевое усилие, выполненное уже практически на автомате, и тело восстанавливается вместе с покрывавшим его слоем Стихии. Но тут же прилетел ещё один удар, уже сверху, опрокинувший меня-таки на землю спиной.