Вообще, организационно, это была обычная работа. Пятидневка с двумя выходными и восемью рабочими часами в будние дни. Из этих восьми часов, шесть — учебные. Практика «в шахте», как они это здесь называли, занимала только два. Правда, опять же — посменно. Четыре двухчасовых смены в день. С утра и до вечера. Смену отбывают «мини-группы» по два-три человека. Состав мини-групп — команд может меняться. А может и не меняться. Зависит от личных предпочтений, а ещё учебных заданий, которые поручают учителя на время практики для отработки.
Это ведь, в первую очередь — учебная практика, и только во вторую — государственного значения проект.
Задачи ставились, в основном, боевые. Ведь и действительно: а где ещё можно позволить Даровитым использовать их весьма разрушительные силы на максимум, как не на стройке? Помнится, в мире писателя для пробития каналов вообще тактические ядерные заряды, в своё время, использовались. Логично же! Тем более, что, по разрушительности, каждый Одарённый вполне сопоставим с таким зарядом… в потенциале.
Восемь часов работают Лицеисты. Отрабатывают свои мощнейшие техники, командное взаимодействие, комбинирование атак, нападение и защиту — в общем, ломают камень. А потом приходят инженеры, рабочие и высокоранговые взрослые Одарённые. Которые разгребают и доводят до ума всё то, что наломала молодёжь. И работы у них… куда больше, чем у юных дарований. И она куда сложнее. Тут ведь надо уже не просто бить и ломать без разбору, а вымерять азимут, вымерять все углы, все наклоны, укреплять склоны, выравнивать ямы и срезать неровности, прокладывать и монтировать оборудование и коммуникации… дел не в проворот.
Поэтому и продвижение такое медленное. Инженеры-то с высокоранговыми Одарёнными здесь не просто так, а за деньги работают. Причём, Одарённые — за очень большие деньги! Им спешить некуда.
Но норму они делают. Притом, если молодь не справляется с нужным продвижением, им его доделывать за них и ломать тоже приходится.
Неделя здесь…
Первые три дня я присматривался, привыкал к режиму, разбирался, что тут и как, кто есть кто, что делает, чем занимается, за что отвечает. Ну и дёргался, понятно, от каждого шороха, каждой тени стремался — очередных убийц ждал. Но их, повторюсь, всё не было.
На четвёртый день вовсе прилетел дирижабль со съёмочной группой и всем необходимым оборудованием — Алина подсуетилась.
Их ведь с Матвеем вместе официально включили в состав нашей Лицейской «вахты», и уезжать они отсюда не спешили. Их тоже учили по Лицейской программе. Единственно, Матвею, по его малолетству, делали скидку и во всех теоретических дисциплинах индивидуально занимались учителя, в соответствии с его уровнем подготовки. Практика — со всеми. Он же — Гений, ему можно. Его не жалко.
Да, кстати! А ведь Матвей официально, вернул-таки, своё звание «Гения Поколения». Ещё и у меня отобрал звание «Самого молодого Ратника тысячелетия» — он ведь, действительно достиг этого Ранга, пусть позже меня по времени, но, при этом, почти на год раньше по возрасту. Ведь он и сам младше.
Однако, мой «подвиг» окружающих впечатлял несколько больше. Ведь Витязь в семнадцать — впечатляет куда больше, чем Ратник в пятнадцать. Ведь Ратники плюс-минус в таком возрасте в истории замечены были, пусть и тысячу лет назад, но были, а вот о семнадцатилетних Витязях мне слышать ещё ни от кого не приходилось.
Так что, у нашего поколения сразу два Гения. И оба признанные.
В общем, прилетел дирижабль и опустил в нашу «нору» целый контейнер оборудования. Без преувеличения — целый контейнер! И ещё съёмочную группу из десяти человек привёз. Не хилая такая «сигара» по размерам — раза в три больше, чем та, на которой прибывал сюда я. Но, классом комфортности куда ниже, проще и дешевле.
Съёмочная группа и оборудование прибыли. День ушёл на их размещение и обустройство, а дальше…
Ну, а что могло быть дальше? Я забил на учёбу, естественно! Сдалась она мне, в моих условиях? Без куска хлеба в этом мире, ни при каких обстоятельствах, даже самых фантастических, я не останусь… если не убьют, конечно. А в выживании против Богатырей и Паладинов мне школьные уроки точно не помогут. Так что, на всю теорию я перестал ходить в наглую. Даже объяснять никому ничего не стал. Просто забил, и всё.
На практику, правда, ходил. И норму выполнял. Но только норму. Стахановских подвигов больше не делал… пока. Хоть с инженерами местными и сошёлся — весёлые ребята, русские.
Всё освобождённое от занятий время тратил на запись новой песни и съёмки клипа.
Глупо, наверное. Но, с другой стороны, а что мне ещё делать? Что, вообще, можно сделать в моей ситуации? Пытаться какие-то хитрые планы строить? Интриги плести? Прорываться в Набсовет договариваться с сидящими там монстрами о сохранении моей жизни? Торговаться? Собирать собственную партию-банду и идти отбирать Власть?