- Лилия, а нельзя ли сделать так, что бы наши комнаты с Дивом были рядом. Мне тоже знаете ли как то спокойнее чувствовать его за стеной.
- А оно так и будет. Вот ваша комната Веда, а вот комната сэра Дива.
В моей комнате было зеркало, куча подушечек, всяких рюшечек, ковров и прочих мелочей, что сразу выдают женскую комнату. В комнате Дива, наоборот на стенах висело оружие, шкуры зверей на полу и на диванах.
- Если вам что либо понадобиться, дерните за шнурок и появятся слуги, которые выполнят ваши пожелания, а сейчас мне надо переодеться.
- Лилия, этот костюм ваш, крикнула я ей в спину,- и когда переоденетесь, зайдите ко мне, мы с вами посплетничаем о последних фасонах платьев.
- Ну как она тебе?
Див без колебаний ответил:
- Мне она нравится, и пожайлуста не надо над ней посмеиваться. Я искренне удивилась, - ты что, Див, мне она тоже понравилась...
В своей комнате я умылась, переоделась в созданное мной платье, немного посидела и уже собиралась пойти искать Лилию, как в дверь ко мне робко постучались.
- Войдите.
Вошла пигалица в платье фасона "прощай молодость" (так отец однажды обозвал мой бальный костюм).
- Снимай эту тряпку.
- Что вы Веда, это мое лучшее платье.
- Снимай, я тебе говорю.
Лилия покорно стала стягивать с себя платье. Дождавшись, когда подол закроет ей лицо, я создала несколько платьев разных цветов и фасонов, а затем заставила их все перемерить. Особенно хорошо на ней смотрелось сине-голубое платье с небольшим вырезом, зауженной талией и короткими рукавами в виде фонариков. Я сама сделала ей прическу и создала несколько пар туфелек под цвет платьев. Критически оглядев свой "шедевр", я осталась довольна. Зная вкусы Дива, я была уверена, что Лилия произведет на него впечатление.
- Забирай все эти платья в свою комнату,- это мой тебе подарок по случаю твоего чудесного спасения и возвращайся ко мне.
Через некоторое время Лилия вернулась, подошла к зеркалу и счастливо засмеялась.
- Садись, не бойся, платья что я тебе подарила - немнущенепачкающиеся, это секрет моей мамы, которому она научила меня. Она у меня ужасная чистюля...
Когда приготовления к пиру были закончены, нас пригласили в зал. Лилия порывисто встала и уже хотела идти. Я остановила её и наставительно сказала:
- Если хочешь, что бы на тебя обратили внимание, приходи на пир с небольшим опозданием, желательно, когда уже все рассядутся за столы. Тогда внимание тебе будет обеспечено И вот ещё что, - я достала из напоясной сумочки жемчужное ожерелье - подарок Дива мне после своего первого океанского плавания, - Надень это, правда подарить не могу, т.к. это подарок Дива.
Немного спустя, мы торжественно вошли в зал. Впереди я, чуть с сади и в стороне - Лилия. У Дива чуть не отвисла челюсть. Он поспешно вскочил и чуть ли не бегом подошел к пигалице и предложил ей руку, что бы проводить к столу. Вот, вот, наследницу императора ни в грош не ставит, а ещё брат называется. Я про себя улыбнулась. Сюрприз удался. Дело в том, чуть более двух лет назад я была увлечена одним мальчиком. Он мне нравился и Див сделал все возможное, что бы мы почаще могли видеться и иногда даже ненадолго оставаться наедине. А потом мальчик с родителями уехал в свое имение и больше я его не видела, а мама сказала, что когда придет настоящая любовь, то я все пойму сама...
Первый кубок поднял граф Фальконе и произнес длинный и запутанный тост, в котором пожелал здоровья императору, его жене, его детям и выразил свою признательность за спасение его дочери. Див, по примеру храмовых воинов мамы пил только воду или сок, а мне вполне на всю оставшуюся жизнь хватило тех "ароматов", что я надышалась от сэра Растера, который , кстати провозгласил меня дамой своего сердца и даже несколько раз дрался на копьях. А все по тому, что папа специально для сэра Растера научил меня создавать его самый любимый сорт вина. Потом Диву вручили золотые шпоры. Видели бы вы его самодовольно - глупый вид. А пигалица между прочим сидела рядом с ним и не сводила с него взгляда. А когда Див поворачивался к ней или обращался, то она краснела и смущалась. Неужели и я так глупо выглядела пару лет назад?
Пир шел своим чередом, уже зажгли свечи. Все шумели, смеялись, разговаривали. Граф рассказывал мне о своих храбрых предках и своем участии в нескольких сражениях с варварами, о различных случаях на охоте. С каждым новым кубком убитые им кабаны и медведи становились больше и больше, и, выждав момент, я стала расспрашивать его об этих странных пятнах, что перекрыли дорогу к его ближайшим соседям. Див в это время во всю общался с Лилией, и им никто больше не был нужен...