- Чему обязана столь раннему визиту одного из основателей церкви? - Не язви, дочь моя. Я тут по просьбе Тертуллиана. Он сейчас занят и попросил меня передать тебе следующее: "Право выбора всегда остается за тобой Веда." - Это всё? - Да, а ещё он просил посмотреть твой меч, он тебе скоро может пригодится. Ну ка дай мне его сюда. Я отрицательно замотала головой. Это конечно не отцовский Огонек, но и гномы в подарок всякую дрянь не подсунут. - Давай , давай, я посмотрю, что с ним не в порядке. Непроизвольно моя рука вытянула меч из ножен и я протянула его Кесарийскому рукояткой вперед. Он взял меч, как то по крестьянски крякнул. - Хорошая работа гномов, только ковали они его на подземном огне и в некоторых случаях он может и не выручить. Ну да это мы сейчас подправим. Мой меч в его руках заблистал, стал ярко красным, а затем ослепительно белым. Потом все потухло. - Ну вот, -он опять довольно крякнул, - теперь все в порядке. Теперь ему ни какая магия не страшна, да и зачарованные доспехи он будет рубить как капусту. Он засмеялся - То то Златоуст к тебе рвался, дамский угодник....
- К чему это было сказано, я так и не поняла, а свет померк и исчез вместе с Василием Кесарийским. Я уж было подумала, что это мне или приснилось, или показалось, но посмотрела на свой меч... Рот я конечно закрыла, благо ни кто не видел, как отвисла у меня челюсть. Лезвие светилось. В темноте его можно было бы использовать как источник света. Я поскорее убрала меч в ножны.
Раздался робкий стук в дверь. Бобик, который все это время дрых и даже не пошевелился, когда у меня возник в комнате гость, предупреждающе рыкнул. - Войдите! Вошел монашек и испугано посматривая на Бобика поставил поднос со скромным завтраком на стол. А потом заискивающе - Я сейчас принесу еду вашей собачке. Не успела дверь за ним захлопнуться. Как вновь раздался стук. - Войдите. Вошел тот же монашек, на этот раз на подносе была гора костей и хороший свиной окорок. Я приняла тяжелый поднос и поставила перед Бобиком. - Приступай, жирун. Бобик осуждающе посмотрел на меня, ну какой он жирун, так, немного любит покушать..., но приступил немедленно.
Сразу же после завтрака я вышла во двор. Странно, но Зайчик уже стоял оседланный(а может быть его и не расседлывали?), а во дворе меня ждали два монаха. Один из них брат Урсул, второй на голову выше его и в плечах шире, со шрамом на лице - брат Тартус ,- как представил его Урсул. В руках у Тартуса было бревно, которое наверное изображало посох, а у Урсула на поясе весела увесистая дубинка. - А где мулы? -спросила я. - А они не понадобятся. Сегодня барон должен въехать в город и объявить, что он отходит под его руку, так что если колдун и существует в его свите, то он обязательно будет присеем присутствовать.
Мы направились на центральную площадь, к которой примыкала церковь. Возле церкви толпился народ, у многих в руках было что то вроде оружия. Но естественно, что ни какой реальной силы это своеобразное ополчение не представляло. Определенную силу представляли пять рыцарей в полных доспехах. Я присмотрелась к ним. Двое ещё ничего, а трое были довольно дряхлыми стариками...
Послышался ропот, шум и на площадь выехал отряд всадников в полста. Впереди надменно на породистом скакуне восседал довольно тучный, расфуфыриный господин, с капризным выражением вечно чем то недовольного лица. Я машинально поправила отцовский арбалет и, уперевшись ногой, взвела тетиву на первое деление, тут же появилась в желобке стрела, чуть выдвинула свой меч и толкнула Зайчика на встречу отряду. Наша встреча состоялась почти в центре площади, хотя и немного ближе к церкви. Я подняла руку в перчатке. Барон остановился, за ним и его отряд. Я осмотрела его спутников "другим зрением". С права от барона на огромном жеребце сидел настоящий огр, только в доспехах, с непомерно длинными руками и огромным топором у седла. А вот с лева - молодой господин с огромными черными крыльями за спиной и темным облаком над головой.
- Чего тебе?- томным голосом спроси барон. Я опустила руку и громко, что бы было слышно всем сказала: - Я не хочу вас всех убивать, отдайте мне вот этого человека,- я указала пальцем на всадника с лева от барона,- и вы будете жить. - Слышишь Ридок, ты становишься популярным у женщин,- барон захихикал. Я ждала ответа. После небольшой паузы он продолжил: - Возьми его если сможешь. Ридок улыбался. Я сложила руки в ладони и, как учил меня отец Дитрих, произнесла небольшую молитву на латыни, потом развела руки в сторону, сотворила крест в воздухе и направила ладони на колдуна. Он по прежнему улыбался, но внезапно по его лицу прошла судорога, а тело стало изменяться. Я к этому была готова, а вот его соседи и даже сам барон вряд ли. Крылья из эфимерных стали настоящими кожистыми, с длинными острыми когтями на концах, лицо удлинилось и превратилось в морду ящера с красными маленькими глазками и с огромными зубами, руки и ноги превратились в толстые зеленоватые лапы, а вместо коня под ним оказался монстр, весь в шипах и слизи. Смотреть было противно.