<p>
Сначала мы пировали запечённой в глине вкуснейшей гусятиной. "Много жирный птица бить камень на воде в низина". Затем торжественно запивали "хороший мясо" водой, разлитой по грубо и наспех выдолбленным деревянным чашам. "Человек храма простить, у Варр-Орх'Грраш нет вино для гость, быть только хороший чистый вода".</p>
<p>
Наконец пришло время подобающих разговоров, которое я ждал и с нетерпением, и со страхом, зажатым в кулак.</p>
<p>
— Я плыть на остров и знать приказ убить все люди, — начал Варр-Орх'Грраш. — На остров всегда жить только орки, люди не быть здесь. Так быть в то время, когда жить мои предки.</p>
<p>
— Всех?! — не сдержался я. — И бабьё с сосунками в подолах?</p>
<p>
— Я воин. Я никогда не спорить с приказ, — посопев, громыхнул Варр-Орх'Грраш. — Но теперь я решать...</p>
<p>
Возглавлял карательную армию "великий шаман" Хош-Пак. Орки сбросили якоря в бухте Долины рудников. Место было не самое удобное, о чём свидетельствовали трухлявые обломки кораблекрушения, затянутые песком. Нашлись те, кто посчитали сии находки дурным знаком, но поначалу дела карателей шли в гору. Засевшие в повидавшем лучшие времена, обветшавшем замке паладины Робара Миртанского казались незначительным затруднением. Но оркской крови они попортили немало. Выкурить из убежища их никак не удавалось, но и долгая осада не виделась лучшим решением. Загвоздка таилась в съестных припасах. Орки сильны, но и прожорливы. Естественные надежды этих умелых охотников на угодья Долины рудников сразу же потерпели крах, едва оркское воинство сошло на берег. Зорким очам доблестных воинов, гораздых на скорую расправу с поджаренным на вертелах мясом, представилась выжженная пустыня. В проклятой Долине бродили стаи злобных существ демонических кровей. О сих выходцах из кошмаров ожесточённого безумца Варр-Орх'Грраш не захотел много говорить, но о них в своё время мне рассказывали самые невероятные ужасы бывшие каторжане. Демоны не враждовали с орками, но довольно было и того, что эти бездушные и безмозглые твари подложили армии Хош-Пака свинью с провиантом, вернее даже сказать, обугленный костяк свиньи. Пришлось туго затянуть пояса и выкатить из трюмов неприкосновенные бочки с солониной.</p>
<p>
Хош-Пак бросил немалые силы на замок. Но паладины умело отбивались раз за разом. Что служило им пищей — знает только Иннос. Со временем к тому же выяснилось, что королевские воины — не единственные люди в Долине. И даже не единственные вооружённые. Небольшие отряды не самого робкого десятка головорезов скитались по давно ставшему им родным домом проклятому рудниковому долу и хладнокровно запасались разномастными шкурами демонической красы. Не отказывая себе в удовольствии выпотрошить зазевавшегося орка. Впрочем, с этими разобщёнными бандами шкуродёров сплочённым бойцам Варр-Орх'Грраша удалось справиться довольно быстро. Те, кому ещё не надоело жить, бежали из Долины.</p>
<p>
Паладинам же надоели игры в радушных хозяев замка, пребывающих в вечном ожидании дорогих гостей, и они подослали к шатру Хош-Пака искусного переговорщика, убедившего великого шамана отправиться гостить к праотцам.</p>
<p>
Так паладины на свою беду сделали главнокомандующим Варр-Орх'Грраша.</p>
<p>
— Они умереть все как подобает воин с великая честь. Никто не молить пощада.</p>
<p>
Я молчал, глядя в безмятежное пламя.</p>
<p>
— Мы жечь большой огонь и жечь тела воины в долина, как подобает. Они быть достойный враг, и мы знать, что они молиться огонь.</p>
<p>
В проклятой и людьми, и демонами рудниковой Долине у орков-карателей теперь остался единственный, непобедимый враг — голод. Он, чуть ощерившись, легко вытеснил могучих воинов с уже опостылевшего им пепелища.</p>
<p>
Варр-Орх'Грраш знал, что в Хоринисе засели паладины. Но сам город виделся многоопытному воеводе завалявшейся на берегу хрупкой ракушкой, чьи высохшие створки не выдержат и малейшего нажима. Полагая, что упорные рыцари короля не будут отстаивать до последней капли крови гнилые трущобы, лепящиеся к пристани, особенно если поджечь убогие лачуги, только на растопку и годные, Варр-Орх'Грраш решил начать вторжение со стороны моря.</p>
<p>
За поджог рыбацких домишек отвечали шаманы, пусть и не столь великие, как покойный Хош-Пак, но отточившие свои воспламеняющие навыки во многих победоносных сражениях. И они, вместе с простыми рубаками, попрыгали в воду, когда чудовищный жар, насланный ослепительной стихией с затянутых тучами небес, впился в мачты и рассеял паруса. Не всем удалось доплыть до берега... Карательная флотилия даже и близко не подошла к пристани Хориниса.</p>
<p>
Если Варр-Орх'Грраш и терзался сомнениями, не редчайшая ли случайность, какую невозможно исключить полностью в грозовую пору, сгубила его штурмовые корабли, то он скоро исцелился от мнительности. И дня не прошло, как испепелились последние суда орков, оставшиеся в бухте Долины рудников. Неугасимый огонь пожрал их вместе со всеми драгоценными запасами, не захлебнувшись ливнем.</p>
<p>
Впервые главнокомандующий Варр-Орх'Грраш столкнулся с противником, которому не мог отрубить руки. От которого неизвестно чего стоило ожидать.</p>
<p>
Но не дожидаясь, когда стихнут надоедливые дожди, орки взялись за топоры. Осадные башни и орудия, угрожающие стенам всё ещё не раздавленного города, обуглились и обвалились в золу за считанные мгновения. Тогда Варр-Орх'Грраш наконец встретился с невидимым врагом и назвал его демоном грозы.</p>
<p>
Демон не спалил только утонувший в грязи напротив Западных ворот таран. Вызволить стенобитное орудие не удалось, и ходящий по воздуху поджигатель не счёл нужным возиться с бесполезным нагромождением брёвен.</p>
<p>
Шаманская выучка оказалась бессильна против злокозненного демона грозы. Метко брошенные огненные сгустки, те немногие, каковые не обращались в пшик ливнем, достигнув цели, просто тонули в прозрачной и ничтожной, как слеза, молниеносной сущности.</p>
<p>
— Это как брать золото, — Варр-Орх'Грраш постучал кулачищем по одной из своих нагрудных блях, — и бросать в глубокая, глубокая чистая вода. И смотреть как тонуть.</p>