Джессика вскочила на ноги. Ее кожа покрылась мурашками. Она оглянулась назад, на темные пятна сиенны на ковре и стенах. Она все еще чувствовала запах кордита в воздухе, ощущала медный привкус крови в горле. Кровь Джозефа Новака. Она слушала послание из могилы.
"Я хочу извиниться за свое поведение. Я так больше не могу. Это больше, чем ты думаешь. Гораздо больше. Ты его не знаешь. Я больше не могу жить в ладу с собой".
Джессика на мгновение приостановила чтение сообщения, прошлась по гостиной. Все, на что она смотрела – книги, компакт-диски, сама мебель – приобрело новый смысл.
Она перестала расхаживать по комнате, нажала на кнопку и продолжила сообщение.
"Я слышу, как он идет по коридору. Посмотри в шкафчике над плитой на кухне".
Сообщение закончилось.
Джессика положила телефон в карман, пересекла гостиную и вошла в компактную кухню Pullman. Она открыла шкафчики над вытяжкой. Там она нашла около дюжины кулинарных книг – мексиканскую, итальянскую, каджунскую. Она вытащила несколько из них, полистала страницы. Ничего. Предпоследняя кулинарная книга была озаглавлена "Домашние рецепты". Она вытащила ее. Когда она это делала, что-то упало на пол. Это был тонкий журнал в кожаном переплете. Обложка была потертой и помятой. Она взяла его в руки. Спереди была приклеена старая фотография. Это был Джозеф Новак лет пятнадцати или около того, стоявший рядом с прекрасной виолончелью. Джессика вложила картинку обратно в книгу и открыла ее.
Это был дневник.
22 июня. Конкурс состоится в эту субботу. Но это больше, чем просто соревнование за место первого председателя. Мы оба это знаем. Это соревнование для нее. Так будет всегда.
Джессика пролистала дневник до конца. Она прочитала последнюю запись.
1 ноября. День всех святых. Дело сделано. Теперь я знаю, что буду вечно ему обязан. Я никогда не выйду из его тени. До конца своей жизни я буду выполнять его приказы. Мое сердце навсегда разбито, оно навсегда в его руках.
Zig, zig, zig.
Он - смерть в ритме.
Джессика закрыла дневник. Ей нужен был ордер на обыск каждого квадратного дюйма этой квартиры, и срочно. Она позвонила в офис окружного прокурора, рассказала им, что у нее есть, что ей нужно. Она взяла дневник, намереваясь сказать, что он был на виду, следовательно, не подпадал под действие ордера. Она вышла, заперла дверь. Она сказала двум офицерам криминалистической службы, что они могут вернуться в лабораторию. Она позовет их, когда и если они ей понадобятся.
Она перешла улицу, взяла кофе с собой в закусочной, зашла на парковку позади. Она позвонила Бирну, попала на его голосовую почту. Она позвонила Дане Уэстбрук и сообщила ей о состоянии дел. Уэстбрук сказала, что пришлет двух других детективов из Отдела специальных расследований для помощи в поисках.
Джессика открыла дневник. Под задней обложкой что-то было. Она аккуратно откинула ее. Там была вторая фотография, старый полароид, увеличенный снимок окна в огромном каменном здании. В окне виднелась фигура. Невозможно было разглядеть, кто это был, но это была стройная женщина. На обратной стороне фотографии красным карандашом было нацарапано одно слово.
Ад.
Прежде чем Джессика успела вставить фотографию обратно в журнал, она услышала чьи-то приближающиеся шаги по твердому гравию. Она обернулась.
Кулак возник из ниоткуда и с глухим стуком врезался в правую сторону ее лица. Она отшатнулась, увидела звезды. Дневник вылетел у нее из рук. Второй удар был более скользящим, но в нем было достаточно силы, чтобы сбить ее с ног. У нее хватило присутствия духа перекатиться на ту сторону, где у нее было оружие в кобуре.
Сквозь дымку она увидела нападавшего. Белокурые волосы, грязные джинсы, кроссовки без шнуровки. Она не узнала его. Не в лицо, поначалу. Когда он заговорил снова, она поняла. И в этих глазах нельзя было ошибиться.
"Я думаю, у нас есть одно незаконченное дело, детектив Бальзано", - сказал Лукас Энтони Томпсон. "Или мне следует сказать "Детективная пизда Бальзано".
Джессика перекатилась вправо, выхватила "Глок" из кобуры, но действовала слишком медленно. Томпсон шагнул вперед и выбил оружие у нее из рук.
"Тебе следовало пристрелить меня, когда у тебя был гребаный шанс, сука. Сегодня этого не случится".
Когда Томпсон сделала еще один шаг к ней, Джессика заметила движение в дальнем конце парковки. Тень скользнула по тротуару.
Кто-то стоял позади Томпсона.
А потом все стало серым.