Земной человек с книгой превращается в человека небесного, а минуя и его - в Бога, ибо для Бога, как и для книги, не бывает ничего внешнего.
Всё что существует в книге - есть книга и всё что есть - внутри неё.
Пространство и время внутри Бога, как и внутри книги неразделимы, но человек может их смешивать - затрачивая своё время на чтение книг он оживляет книжные вневременные пространства.
Неограниченность книжных миров иногда радует, а иногда пугает, но даже испуганный читатель неизбежно испытывает самое настоящее счастье. Выдуманные миры манят своей неизвестностью, привлекают опасностями, однако, переходя с книжного листа в человеческое воображение, они никак не могут навредить читателю и постоянно дарят исключительно счастье - иногда хлёсткое и колючее, как брызги морской воды, а иногда - тихое и спокойное, как отражённый луной луч солнечного света. Все книжные опасности так и остаются напечатанными на бумаге, но счастье их преодоления навсегда поселяется в сердце читающего.
Это и есть истинная природа книги - избегая происшествий, одаривать опытом.
Можно ли назвать природу книги божественной?
С этой точки зрения - безусловно.
Поэтому и книжная пыль особенная и встречается исключительно на книгах.
Книжная пыль являет собой выражение книжного времени. Возможно, книжная пыль - это один из его атрибутов, ибо ничто не способно так точно передать неизбежность, непрерывность и безостановочность течения времени, как образ запыленного и нетронутого руками книжного тома.
Книжная пыль, потревоженная рукой или прерывистым, любопытным дыханием, покидает свой дом - книгу, и тут же обнаруживает себя в пространстве человека яркими, сверкающими вспышками. И всё что для этого необходимо - это лёгкие, волнительные колебания воздуха, пронизанного солнечным светом...
В пустом магазине сидел и читал высокий мужчина средних лет, с чёрными и блестящими, утопленными в сеточку мелких смеющихся морщин, глазами.
Иногда, вскидывая кверху свои смоляные брови и неслышно перебирая пальцами, мужчина возвращался на несколько страниц назад, сравнивая между собой впечатанные в страницы мысли. Когда ему удавалось найти искомые слова - выражение этих мыслей - его губы вытягивались в трубочку и мужчина бормотал себе что-то под нос.
Его живое, подвижное лицо, как раскручивающаяся во времени киноплёнка, кадр за кадром показывало свой собственный фильм - фильм одного актёра - фильм, снятый по сюжету той книги, которую он держал в своих руках.
Мужчина читал книгу, а книга считывала его лицо.
Этому необыкновенному взаимопроникновению двух, столь различных друг другу миров - человека и книги - было присуще и своё собственное равновесие.
Человек и книга всегда и неразрывно связаны - книга делится с человеком напечатанными на её страницах словами, формируя в его сознании новые мысли, а человек делится своими мыслями, выражая их в словах и впечатывая на страницы книг.
Однако, одновременно с этим, человек и книга существуют в совершенно разных мирах - и как лезвие ножа не способно само себя порезать, так и человек не способен сам себя увидеть со стороны - он способен увидеть и описать только то, что им не является.
И всегда описывая то, что им не является, человек только подтверждает иллюзорность окружающего его бытия, часто не осознавая той сияющей вневременной действительности, которой он сам и является.
Мысль - вот что связывает два, столь различных, если не сказать, противоположных мира.
И связь эта крепка, ибо она исключительно правдива.
Книга несёт в себе мысль, приостановленную в человеческом времени.
Оплачивая книжные мысли своим собственным временем, человек способен достать их из книги, собрать мысли из слов и придать им необходимую для существования в человеческом мире скорость.
И мысль неизбежно видоизменяется, ибо подстраивается под новые условия своего существования.
Заплатив собственным временем, а значит, и собственной жизнью, человек также способен выразить свою мысль в словах и запечатлеть её на бумажных страницах, вырвав, тем самым, мысль из оков времени и сохранив ей вечную жизнь.
Продлить мысль во времени - значит написать продолжение книги.
Так может быть человек и книга существуют в едином мире мысли, и разным он кажется только потому что они наблюдают его с двух разных сторон?
Книга не способна самостоятельно перемещаться в пространстве, ибо всё существующее для неё пространство и время книга содержит внутри себя.
Человек, наоборот, живёт внутри своего собственного мира и проживает его по пространственно-временным частям.