Не долго думали мужики - перекрыли все выходы из дома, да подожгли. Пусть вернутся туда, где уже давно быть должны. Негоже мертвецам по земле ходить. Негоже на их недели чужие жизни обменивать.
Тот дом сгорел дотла. Да только земля лучше не стала. Сколько не строили, так каждый раз беда случалась. Будто все еще живет там нечто и ждет очередную жертву. Всегда же найдется тот, кто захочет получить желаемое любой ценой.
Сущность№7: проклятье желанием. Не каждый человек задумывается, что самое тяжелое проклятие - это позволить исполнить свое желание. Ведь порой страшна не только плата, но и последствия исполнения.
Я придумал
Я придумал себе человека. Все привычки его прописал. Знал, какой была его внешность, каким тембром он мог говорить. Цвет волос, рост, улыбка, одежда... И глаза обязательно синие, как моря или вечные льды. Или лучше пусть будут черными, точно бездна иль угли костра?
Прописал ему фразы, напридумывал цели, мечты. Представлял, как он стал моим другом. Сколько планов должны совершить! И гулять мы будем по городу, и болтать всю ночь напролет. Сериалы смотреть и смеяться, точно знали друг друга всю жизнь.
Я продумал все его слабости, все успехи и даже семью. Знал, что чай он пьет с двумя ложками сахара, а еще обожает вишневый пирог. Есть толстовка любимая, есть дневник под столом, а еще у него шрам маленький на левой брови. Он смеется всегда всем бедам на зло, хоть боится высоты и собак.
Он, как я, только капельку лучше. Я придумал его, чтобы не быть одному. Делал снимки и верил, что он рядом со мной. Жаль, что видел его только я.
- Вот, а здесь я в музее. Здесь в галерее. О, а тут я смотрел корабли и ел в ресторане. Был в парке, у фонтанов, в цирке... - показывал ворох снимков сестре. Шутил, скрывал, что придумал друга, чтобы все посетить, не боясь.
-А с тобой это кто? Почему не представил? Я ж боялась, что ты вечно один, - озадачено посмотрела она. - Высок, симпатичен, хорош. И глаза толи черные, толи синие, понять не могу.
Я придумал себе человека, а он взял и ожил.
Билет без места
Подрабатывал я одно время тем, что статьи про разные заброшенные деревни писал. Что-то наподобие обзоров. А к ним фотографии стоящие нужно было делать. Это сейчас в интернете все отыскать можно, а тогда же за нужным кадром охотились. Потому я всегда был в разъездах. С поезда на автобус, с автобуса на машину. Ну, и на своих двоих километры наматывал.
Ворчал почем зря, хотя самому все безумно нравилось. Дорога эта... Особенно поезд. Слушаешь шум колес, смотришь на то, как проносятся мимо поселки, леса и реки, а сам отдыхаешь. Чай опять же таки пьешь из этих стаканов в красивых подстаканниках. Все себе домой такой хотел, да видно не судьба.
О, еще и люди особенно разговорчивы. Обстановка будто располагает к откровениям - столько всего наслушаешься, что и сериалы потом смотреть скучно, и материалов на целую книгу наберется. А может и на несколько.
Иногда слушаешь - волосы дыбом встают. Думаешь так про себя, что быть такого не может. А на лицо человека взглянешь, и понимаешь, что было все. Было! Это другие пусть не верят, а вы правду сами знаете. Киваете друг другу и молчите, потому что не для чужих ушей все было сказано.
Это точно тебе доверили тайну, которая жива, пока находишься в поезде. Имеет свое очарование она только в этой обстановке. Так же как прекрасны разговоры до рассвета на кухне. Столько искренности и неприкрытых чувств, точно душа обнажена до самой своей сути. А потом день, и вы опять незнакомцы, будто не было той пары часов, когда доверяли все тайны и выставляли на обозрения скелетов из дальних шкафов.
Для всего свое время и место. И потому мне все это так нравится.
И в тот раз я был в прекрасном расположении духа. Сел в поезд уже после полудня, просмотрел сделанные снимки и остался крайне доволен. Хорошая была деревушка. Жители дружелюбные и разговорчивые. В основном старики остались, для них всякий гость был в радость. Говорили о своих детях и внуках, ну и пару легенд рассказали. Куда же в деревне без них? Но о них напишу как-нибудь позже. Про болотный цветок, поющую церковь и девичьи слезы.
Я запомнил все, честное слово. Тогда же снимки сложил по порядку - каждый в свой конверт с подписью, и спокойно пил чай с пирожками. Их мне дали целую гору: с картошкой, с зеленью и яйцами, с мясом, с вареньем... Отказывался, отказывался и смирился. Просто так старики не отпускали. Звали заезжать еще. А я что? Я заезжал. И не один раз. Привозил из города гостинцы, был для всех них чуть ли не внуком.