- Когда вы уезжали, она была совсем молода, верно, только и успела пройти отбор в посольский корпус. –Многозначительно заметил Завир.
- Безусловно. До поры мы даже не знали о её статусе. Я думаю, что как только отец выяснил истинное положение вещей, тогда и решил отправить меня сюда?
- И как думаете, она возьмёт вас под своё крыло?
- Скорее я попаду в один из корпусов ближе к границам. Может потом, когда я и сам чему-либо научусь.
- Без сомнения, вы уже многое умеете, Карх. Без сомнения, – собеседник ещё раз пригубил вино и Аррен вместе с ним. Молчали некоторое время, а потом Хавен Завир легонько взял его под локоть и произнес – с вами будут считаться, Карх, я в том числе. Или…уже пора?
Он отпустил его руку и прошёл к выходу, элегантно уклоняясь от проходящей мимо знати и слуг.
***
- Так он и оставил меня. Перед большой дилеммой и с ворохом вопросов, которые я не мог никому задать. Один день, а я, можно сказать, был раскрыт. Причём действиями самой графини. Какое-то время я не понимал, проверка ли это или меня хотели подставить.
- Это интересно. Ты мог уехать, не выполняя задания.
- Нет. Это был запрос Большого Совета, полковник, посол выступала лишь их голосом. Точнее так это было обставлено.
- Но оказалась замешана не меньше? – Синеглазый встал из-за стола и разминал ноги и плечи.
Они уже прикончили третий кувшин, и пилось охотно, как давно не было. Аррен по-прежнему не доверял полковнику, но если принадлежность их к одной службе была правдой, то перед кем ещё он мог раскрыться? Чутьё молчало и спало тихо, где-то в далёких закутках разума. От выпитого ли, он не знал. Аррен теперь сам махнул трактирщику.
- С чего вы взяли?
- Ну ты же не знаешь, что написано в отчёте, который нашёл я, верно?
Аррен улыбнулся. Хотел было сплюнуть, но он сдержался и проглотил вязкую слюну.
- Верно. Можно вопрос?
- Смотря какой, Вагрех.
- Как называют нынче службу?
- Я знал, что ты спросишь. – Синеглазый несколько раз потянул руками вверх, крутанулся вправо и влево, хрустнув позвонками, снова сел за стол. Был доволен. – Знаешь, как нас только не называли. Репейниками – это совсем было обидно, гадюками, попросту тварями, обезличено, какими мы, собственно, и являлись для Норы и Псарни. Когда же, в очередной кризис отношений двух разведок, Совет объявил о нас Императору. Говорят, он был в гневе, досталось и Совету, и Первым послам, и руководству Крыс с Псарней, что те, абсолютно точно догадываясь о нашей службе, не сказали ни слова. Так, кучка враждующих идиотов и покрывала друг друга, в обход самого Императора, став по одну сторону баррикад, покуда огонь не разгорелся внутри. Но наш Владыка отличается здравым умом, рассудительностью и расчетливостью, признал, что мы были необходимы во многих ситуациях. Особо заступалась за нас Первая Гончая, оно и понятно, Псарне доставалось меньше, и это сыграло важную роль, ведь ходят слухи… - Синеглазый замялся и даже показалась на его лице гримаса отвращения. - А прозвали нас Пауками. Пауки из Паучьего Логова, Вагрех. Ждём ошибок, тихо и незаметно, а потом караем цель в одно мгновение, покуда та не поняла, что произошло. Всё, как и раньше, без имён, без официальных заданий, но теперь даже сомневающиеся в курсе нашего существования. Слухами полниться Меекханская Империя.
Трактирщик подошёл и сам разлил напиток по стаканам, и только потом поставил новый кувшин, сразу схватив старый.
- Мне нравится. Паучье Логово…
- Ты не останавливайся, Вагрех. Рассказывай. Судя по всему, тебе нужно успеть, пока трактирщик носит нам такой эль. Мне кажется, скоро он начнёт давать настоящее пиратское пойло, а не вино с Императорских виноградников. – Полковник подмигнул и сделал большой жадный глоток.
4.
Это совсем не было похоже на бал, даже тогда, когда ближе к вечеру заиграла музыка. Не танцевал ровным счётом никто, обстановка стала лишь более интимной под тихими звуками флейты и мерными, убаюкивающими ритмами ручных барабанов. Мелодий Аррен не знал, да и вовсе не обращал на них внимания, продолжая смотреть и слушать, каждый раз отказывая на очередные знаки внимания, пусть уже и более молодых дам, чьё умение держать себя в руках, дало немалую трещину под бокалами императорского вина.
Графиня давно оставила Анграта и тот долгое время оставался стоять у той колонны, где они общались, чем-то даже напоминая его самого, и потом покинул залы, как и до этого некий Хавен Завир. Аррен уже понял многое, но оставался вопрос - зачем. Наступала ночь, а внутри помещений почему-то совершенно не становилось прохладнее. Заполненный запахами, до самого потолка, воздух, так и пылал жаром и ароматами множества духов, с непривычки, почти заставлял хватать ртом хоть толику свежести.