— Ну что вы мудрите, Игорь Петрович? Письмо как письмо. Мало ли еще пишут анонимок трусы и пакостники.
Но Горяев стоял на своем. Он знал, что на бумаге отпечатки пальцев сохраняются несколько недель. И действительно, под парами йода на письме явственно стали видны отпечатки пальцев. Горяев скопировал их, а затем с большой тщательностью, испробовав несколько светофильтров, сфотографировал. Отпечатков было много.
Вдвоем с Кузовковым они провозились с анонимным письмом до глубокой ночи. Каждый отпечаток, найденный на письме, Горяев сравнивал с тем, что был найден на банке с бертолетовой солью. Это была скучная работа. Бумага, видимо, побывала в руках у многих людей. Большей частью отпечатки были полустертые. Впрочем, были и вполне отчетливые.
Через несколько часов утомительной работы, когда глаза уже устали вглядываться в еле различимые узоры, Игорь Петрович положил лупу, откинулся на спинку стула и с видимым удовольствием закурил.
— Ну вот, лейтенант, убедитесь, что вы не правы.
Он протянул Кузовкову два снимка с отпечатками указательного пальца. Достаточно было беглого взгляда, чтобы убедиться, что их причудливый узор одинаков. Красными чернилами, стрелками и литерами Горяев обозначил совпадения узора в обоих отпечатках. Ошибки быть не могло. Рисунок кожных линий на пальцах у каждого человека единственный и неповторимый.
— Как видите, человек, державший в руках банку с ядом, любезно прислал нам свою визитную карточку, — сказал Горяев, — Это он написал анонимное письмо. Давайте искать этого человека. А чем вы похвастаетесь? Что дало вам изучение конверта?
— Пока очень немногое, — ответил Кузовков. — Дата письма нам известна. Вынуто оно из почтового ящика агенства, которое обслуживает два санатория «Угольщик» и «Роза». Конверт заклеен казеиновым клеем. Клей, очевидно, положен кисточкой, мазок ею виден отчетливо, и здесь, вот посмотрите, остался волосок.
— Что ж, это не так мало. Кстати, вы обратили внимание на то, что адрес написан неверно: у нас нет прокурора города. Местные жители знают, что Д. — районный центр, и любой из них написал бы: районному прокурору. А ведь писал вполне грамотный человек. Почерк уверенный, выработанный, как мне кажется, мужской. Попробуем найти автора этого письма, которому так хочется, чтобы Курашевы сидели в тюрьме.
Они наметили план действий на ближайшие два дня и усталые, но довольные, отправились по домам.
На другой день Горяев вышел из дома раньше обычного. Он не стал ждать автобуса и пошел пешком по узкой асфальтовой дороге, петлявшей вдоль низеньких оград, сложенных из неотесанного белого известняка. За оградами, куда ни глянь, с холма на холм убегали виноградники, одетые в только что распустившиеся узорные листья. Размышляя о деле Курашева, Горяев шагал километр за километром.
Все яснее становился ему дальнейший план расследования. Были сделаны только первые шаги к новой версии, но уже можно твердо сказать, что следствие вышло на правильный путь. Кто-то мешал следствию, путал следы, создавал ложные доказательства. Человек, написавший письмо от имени «общественности», требовавший ареста Курашевых, оставил свои отпечатки пальцев на банке с ядом, он должен быть найден. В этом главная задача следствия. Они условились с Кузовковым, что тот будет искать незнакомца по данным анонимного письма. Материала для успешного розыска маловато, но все же это какая-то ниточка. Посмотрим, куда она приведет. Он, Горяев, будет искать того же человека, но другим путем. Обе линии розыска должны соединиться. Горяев вспомнил беседу с Курашевым в тюрьме. Тот рассказал следователю о своих подозрениях. Курашеву кажется, что в последние недели перед смертью Алеши в жизни Зои кто-то появился. Вечерами она приходила поздно. Иногда от нее пахло вином. Может быть, все это и не имеет отношения к человеку, который оставил ледоруб и отравил собаку, а может…
9
КУРАШЕВЫ ЖИЛИ ОСОБНЯКОМ, с соседями не дружили, да и не было у них близких соседей: дом стоял на отшибе, до ближайшего жилья добрая четверть километра.
И все же Горяев решил дополнительно расспросить соседей об образе жизни Курашевых, о том, кто у них бывал, с кем они поддерживали знакомство. Он обошел несколько домов по улице Гуляй-ветер, подробно побеседовал с жителями, но ничего особенно интересного не узнал. Только одна из женщин рассказала ему, что однажды вечером, примерно месяц назад, возвращаясь домой, она видела, как Зоя Курашева шла с высоким молодым человеком. Очевидно, тот провожал Зою. Было темно, и разглядеть спутника Зои свидетельница не могла.