Глава 2.3. Расплата за предательство.
Попрощавшись с хозяевами, Камал выскочил из лавки на людную улицу и поспешил домой.
В саду посольского дома он тщательно закопал свой кинжал с потемневшим от яда лезвием и кушак, с которым он соприкасался, взбодрил себя тремя чашечками свежесваренного кофе и помчался к царю, полный надежд на скорую свадьбу с Марджин.
Государь принял его, сгорая от любопытства. Нукеры уже донесли ему о том, что Камал посетил китайскую лавку, а также о приезде Мансура. Эти новости привели владыку в неописуемое волнение. Ему так не терпелось узнать все подробности, что когда появился Камал, он даже поднялся с трона ему навстречу.
- Всё сделано, повелитель! - с гордостью провозгласил Камал. - Почитайте, они уже покойники, жена вашего сына и внук. Ничто не спасёт их, ибо сам Азраил, Чёрный Ангел Смерти, состряпал для них своё кушанье.
Он рассказал всё, как было, не упустив ни одной детали.
- Какое счастье, что мне не придётся ехать в Алиф, и никто меня не заподозрит! - ликовал юноша.
- Конечно, - согласился царь, - никто не заподозрит тебя, Камал, пока мой сын не вспомнит, кто вскормил его малышу отравленные каштаны.
- Это будет няня Данияла, - не совсем уверенно произнёс Камал.
- И кто напоил его жену отравленным эликсиром, - продолжал государь таким ровным спокойным голосом, что Камалу стало слегка не по себе.
- Её служанка! - воскликнул он.
- Конечно, - снова согласился с ним царь, - эти женщины первыми вызовут подозрение, но мой сын скоро разберётся, что у них не было мотива убивать его жену и ребёнка. Как ты думаешь, когда цепочка его умозаключений дойдёт до Сун Янга, вспомнит ли этот китаец, что ты просил у него отравы для крыс в тот же час, когда в лавку заглянул скороход?
- Сун Янг никогда не выдаст меня! - закричал юноша.
- А его жена? - лукаво прищурился царь. - А Мансур, у которого нет причин тебя выгораживать?
- Он не знает, зачем я приходил к Сун Янгу.
- Зато жена китайца знает.
- Я убью эту женщину! - завопил Камал, кидаясь к двери, но тут чьи-то сильные волосатые лапищи схватили его и пригнули к полу, заведя ему руки за спину так, что он не мог пошевельнуться.
С трудом приподняв голову, он увидел справа и слева от себя Хасана и Хусаима, крепко державших его с двух сторон.
- Ты никуда не пойдёшь, - сказал Аль-Шукрейн, склонившись над ним. - Труден лишь первый шаг, да, Камал? Теперь ты готов убивать всех подряд: и жену своего благодетеля, и самого благодетеля, если он попытается тебе помешать? Может быть, и меня, своего повелителя?
- Нет-нет, что вы такое говорите! Боже праведный!
Камал залился слезами. От нервного перенапряжения у него пошла носом кровь.
- Умоляю, отпустите меня, государь! - всхлипнул он, задыхаясь от слёз.
- Нет, дружочек мой. Я не могу тебя отпустить. Ты не умеешь держать себя в руках. Быть может, ты и на язык столь же невоздержан. Я выпущу тебя, а ты сболтнёшь кому-нибудь, как тебя вынудили отравить внука и невестку царя?
- Я буду молчать, государь! Я буду молчать!
- У тебя слишком слабые нервы, мой мальчик.
- Я убегу, владыка! Убегу туда, где меня никто не найдёт!
- Куда, глупыш?
- В Голконду, к моему другу Зигфару. Он зовёт меня на свадьбу, и я укроюсь в Голконде. Вы больше никогда обо мне не услышите.
Аль-Шукрейн на секунду задумался. На его тонких губах возникла коварная усмешка.
- Ты подсказал мне гениальную идею, Камал, как заманить моего сына в Индию. Благодарствую за неё, мой мальчик.
Он подал знак своим нукерам, и те живо извлекли из карманов своих шаровар чёрные шёлковые шнурки. Камал понял, что сейчас произойдёт и стал увёртываться с обезьяньей ловкостью, одновременно стараясь сбросить насевших на него с двух сторон палачей.
- Государь! Государь! - хрипел он перекошенным в смертельном ужасе ртом. - А как же ваше слово, владыка?
Аль-Шукрейн повернулся к нему со сладкой улыбкой на лице.
- Какое слово, малыш? - ласково спросил он.
- Вы обещали отдать мне Марджин.
Царь разразился демоническим смехом, ударившим по натянутым нервам Камала.
- И ты всерьёз думал, дурачок, что я отдам свою дочь за убийцу?
- Вы клятвопреступник и подстрекатель, - прошипел Камал, оставив бесполезную попытку вырваться из рук палачей. - Я проклинаю вас и буду ждать в преисподней...
Он не успел договорить, так как Хусаим, который был сильнее Хасана, вспрыгнул на плечи юноше и сломал ему шейные позвонки.