– Я тоже на это надеюсь, – кивнул ей. – Теперь, в-третьих. Наш противник опытен, умен, силен и искусен. Врагу не составит труда придать любой твари чужую внешность. Поэтому при встрече с незнакомыми людьми всегда «созерцайте», чтобы проверить, с кем имеете дело. Если это будет тварь, убивайте ее сразу, без раздумий. Страхуйте друг друга, прикрывайте и не выпускайте из виду.
– Ясно, – четко сказал Семен.
– Ясно, – повторила Соня.
– Еще одно. Это очень важно. Наш враг искусен настолько, что в состоянии заблокировать вашу способность «созерцать».
– Ничего себе! – Рыжий вскинул брови.
– Да, это так. Я имел несчастье испытать на себе подобную блокировку. Хорошего крайне мало. К сожалению, в этом плане мы не можем с ним соревноваться. Однако даже в этом случае есть выход. Мы используем самую обычную систему паролей. Если вы встретите меня, и я не смогу назвать правильный отзыв, значит, под моим обликом скрывается тварь. Уничтожьте ее.
– Отличная идея, – одобрил Семен.
– Согласна, – кивнула Соня.
– Какой будет пароль? – поинтересовался Рыжий.
– Орел, – сказал я.
– Почему «орел»?
– А какая разница?
– Ну, не знаю. Можно придумать что-нибудь посложнее, – засомневался Семен.
– Ни к чему это, – покачал я головой.
– Это из упражнений по дикции? – спросила Соня.
– Да. Попробуйте три раза подряд быстро сказать: «Пароль – орел».
– Пароль оле… Палорь… Пароль… Тьфу ты! Сразу и не получится. Язык сломаешь, пока выговоришь.
– Развивай речевой аппарат, – усмехнулась Соня.
– А сама-то!
– Пароль – орел, пароль – орел, пароль – орел, – не так быстро, как нужно, но без ошибок выговаривает девушка. – Съел?
– Да ну тебя.
– Если с этим разобрались, нам пора, – сказал я.
– У тебя вай-фай дома есть? – спросила Соня.
– Есть.
– Это хорошо.
Глава 5
Мы встали из-за стола, но в этот момент зазвонил мой телефон. Я вытащил его из чехла и застыл в ступоре, глядя дисплей.
– Кто там? – спросила Соня, видя, как у меня изменилось лицо.
– Учительница, – глухо ответил я.
Ребята переглянулись и уселись обратно.
– Алло, – ответил я.
– Здравствуй, Максим, – произнесла трубка таким знакомым голосом.
– Здравствуйте, Марина Яковлевна.
– Ты звонил мне, – сказала она, как ни в чем ни бывало. – Что-то случилось?
– Нет, уже ничего, – ответил ей с той же интонацией.
– Как твои дела? – также спокойно поинтересовалась она.
А мне вдруг стало не по себе от этого разговора, от этих дежурных, ничего не значащих фраз. Зачем она вообще мне позвонила?
– Я слышал, у вас горе случилось, – сделал пробный выпад. – Примите мои соболезнования.
Тишина в трубке, только едва слышится ее дыхание.
– Спасибо, – наконец произнесла Марина Яковлевна.
Я не спешил что-либо говорить, ожидая ее хода, но и Учительница хранила молчание. Я нарушил его первым.
– Почему вы звоните мне, Марина Яковлевна? – спросил ее.
– Я бы хотела с тобой встретиться, – ответила она сразу.
Эта неожиданная просьба сбила меня с толку.
– Не думаю, что это хорошая идея.
– Почему?
– Потому что я не верю вам, – сказал я прямо, избегая недомолвок.
– Ты все такой же прямолинейный, – хмыкнула женщина.
– Чего нельзя сказать о вас.
– Разве это плохо?
– Разве это хорошо? – ответил я вопросом.
– Все относительно.
– Может быть. Но не у всего есть цена.
– Согласна с тобой, хотя не все, что бесценно, нельзя купить.
– И продать.
– Да, и продать.
Друзья напряженно вслушивались в мои реплики.
– Ты уже встретился с Софией и Семеном? – ровным голосом спросила Марина Яковлевна.
– Что вам нужно?
– Как они? Как у них дела? Как Семен, все также веселится? Как София, уже нашла себе кого-нибудь? – она засыпала меня вопросами, проигнорировав мой.
– Почему Миша?
– Почему Миша что? – переспросила Учительница, и глухая злость закипела во мне.
– Почему мой друг сейчас в коме? Для чего все это?
– Ты уверен, что сейчас задаешь правильные вопросы?
– Я уверен в этом! – резко бросил я, устав от недомолвок.
– Тогда тебе нужно задать их Клаусу, а не мне! – также резко ответила она.
– Я задаю их вам, потому что на них ответить должны вы, – я постарался успокоиться и унять эмоции.
– Ты ошибаешься, если считаешь меня виновной в том, что произошло с Мишей, – спокойно произнесла Учительница.
– Я так не думаю.
– Ты можешь думать, как хочешь. И я могу думать, как хочу. А вот от ответа ты не уйдешь, – ее голос изменился. Я раньше не слышал в нем столько угрозы.