– Радует знаешь, что, – Арсен снова затянулся и снова задержал дым. – Что пацан хотя бы иллюзий не строит. Сам говорит, что башка знатно протекла.
Боря кивал.
Глава 6
Танат старался заставлять себя не думать про ту ночь. Но зубастый раз за разом возвращался во сне. Пасть медленно открывалась, как огромный медвежий капкан, в залитой белым светом пустоте. Руки и ноги Таната наполнялись свинцом. Никому, кроме Арсена и врача, Танат ничего не рассказал. Арсен, выслушав, заключил, что всему виной стресс из-за мамы. Врач выписал таблетки от тревожности и антидепрессанты, сказал наблюдаться.
Машина остановилась, прижавшись к бордюру. Голова раскалывалась.
– Здесь? – буднично спросил водитель, крупный мужик с коротким седым «ежиком» на голове. – Или дальше?
– Тут устроит, – ответил Танат, открыл дверь. – Спасибо. Удачного вам дня.
– И вам.
Вытащил себя из машины, повел забитыми из-за сна в неудобной позе плечами, закурил. Хмурое серо-белое небо. Входная группа ресторана выглядит, как яркие детские карусели в фильме ужасов. От сигаретного дыма першит в горле.
Если идешь по газону, важно не вляпаться в грязь. Трава хоть и жухлая, но все равно скрывает сюрпризы. Войдя в помещение, нужно не забыть хорошенько вытереть ноги. Чертово практически лето запамятовало, что должно начинать теплеть, а не наоборот.
– Привет, старик! Как ты? Спал хоть?
Су-шеф Вадик Ли выглядит и ведет себя издевательски бодро. Он хороший парень, но ужасно раздражает со своим ЗОЖ и правильным питанием. Не навязывает ничего никому, поэтому и не пошлешь толком.
– Нормально все. Есть кофе?
– Ага, поставил.
Маме не стало лучше.
– Чего, Казанова? – ухмыляется Вадик, отпивая из своего стакана, цыкает, кофе, кажется, слишком горячий. – Есть чего рассказать?
Конечно, есть, думает Танат. Только ты не поверишь.
– Насчет?
– Ты же собирался Камилу на ужин позвать в пятницу. Не получилось, передумал?
Перед глазами Таната вновь всплывает жуткое лицо. И знак на лице, совсем небольшой, вроде татуировки: треугольник без дна, а внутри него другой, поменьше, две стороны параллельны первому. Знак снится Танату пятую ночь подряд. Танат не уверен больше, что действительно видел его под глазом нападавшего.
– Получилось, – говорит Танат. – Но в пятницу не получилось. Договорились на конец этой недели. Пока рассказывать, словом, нечего. Но я обязательно расскажу, когда будет о чем.
Они начинают готовить кухню. В процессе Танат на время перестает думать про страшного человека.
***
Круглое лицо, едва ли не детское, точнее, похожее на детское, но с важными, взрослыми чертами. Пухлые губы. Влажный блеск в глазах. Особенно по вечерам. Тонкая шея, острые ключицы, небольшая, но по всей видимости красивая грудь, стройные ноги. Чуть-чуть животик, иногда горбится.
– Выпрями спину!
– Да, папочка!
Смеется заразно. Живо интересуется, что у него происходит. Зовут ее Камила. Татарка по отцу. Курносая.
– Слышал, что в городе могут комендантский час объявить? Во всяком случае, ходят слухи.
– Зачем?
– Что значит зачем? Прием, Хьюстон! Чего, совсем паршиво со сном?
– Ага.
– Слушай, “Атаракс” пробовал? Пушка. Мгновенно вырубает. У нас нигде не продается, я в Ате брала. Поищу дома. Хочешь?
– Давай, – Танат на все согласен, он измотан, руки дрожат. – Поищи. Буду признателен.
По вечерам они иногда гуляют вдвоем. Танат рассказал, что его пытались ограбить после концерта.
– Не позвонил ей, да?
Прохладный ветер осторожно касается ее волос. Солнце давно село. Камила переживает.
– Не позвонил.
Арс как назло собрался в свой Дубай за машиной. Лучше бы работу нормальную нашел.
– Мне кажется, нужно позвонить. Хотя бы спросить, почему она сама не позвонила, хотя обещала.
Беспокойство Камилы кажется подозрительно искренним. Сначала немного психанула, но больше для проформы, чем всерьез. Сказала, что Танат ей сразу понравился. Сказала, что женщины все понимают сразу. Секунд пятьдесят нужно. Или меньше.
– Не знаю, уместно ли сейчас, – протянул Танат. – Типа, привет, мы тут с моей девушкой переживаем, или как?
Камила усмехнулась, но по-доброму.
– Девушкой, значит?
– Не девушкой?
– Пусть будет девушкой.
Она на полтора года старше. Училась на дизайнера интерьеров. Улица Кенесары стоит в пробке. На недавнем брифинге в акимате пообещали, что в следующем году будут строить развязку. Давно пора.