- Чем мой господин соизволит объяснить сию неуместную задержку в Хионе?
- Да чего там! - вяло отмахнулся князь. - Бери Брубинора и марш в трактир за этими самозванцами! И зачем они только могли понадобиться там, в Хионе? Что думаешь, Харей?
Тот лишь пожал плечами:
- Думаю, об этом знают только в Хионе... Но, кажется, там всерьёз обеспокоены появлением в нашем городе этого самозванца и нам грозят неприятности, если мы туда его не доставим, вместе с его помощником, этим… как его там… Джунифом…
Пьяный начальник марионского гарнизона, господин Брубинор, которого подняли с постели посреди ночи, в пол-уха выслушал приказ князя и, желая только чтобы от него поскорее отстали, выслал на задержание собственную карету в которой, кроме непосредственно кучера, отправились всего двое из воинов гарнизона. Этого, как считал старший офицер, более чем достаточно. И об этом он очень скоро пожалеет, лишившись навсегда не только своей любимой золочёной повозки, но и многого другого. Знал бы это Брубинор тогда, он уж точно отправился на задержание в трактир сам и ещё прихватил с собой половину гарнизона! Но всё случилось так, как нам уже известно.
Глухой ночью, когда улицы Мариона погрузились в глубокий сон и только горели окна городских трактиров, где догуливали последние посетители, двое вооружённых гвардейцев бесцеремонно вломились в заведение Джунифа и узнав у переполошившихся слуг где находится хозяин и его постоялец по имени Алет, двинулись на второй этаж.
Чем это завершилось, нам тоже уже известно, но сколько шума вызвало известие о бегстве потенциальных арестантов во дворце! Только тут, как советник, так и сам князь, поняли, насколько серьёзное дело им предстояло провернуть и в какой переплёт они сами могут угодить в случае невыполнения приказа Мортоуна. То-то так забеспокоились в Хионе! Так неужто Алет и верно никакой не самозванец, а настоящий Олайра, про которого ходят изрядно подзабытые, но всё же легенды?
Выслушав доклад, в котором фигурировало ещё какое-то неведомое третье лицо (Сарум) протрезвевший от ужаса князь повелел, не церемонясь:
- Гвардейцев, участвовавших в задержании, казнить! Они не достойны носить не только латы, украшенные моим личным гербом, но и собственные головы! Старшего офицера разжаловать и заточить в темницу!
- Нет! - возразил присутствовавший здесь же советник: - Брубинор ещё может сослужить нам добрую службу! Пусть продолжает руководить гвардией, но при одном условии: если к вечеру нового дня беглецы не предстанут перед нами, я лично отвезу его голову в Хион!
- Зачем? - заморгал глазами недоумок Бартальд.
- А пусть тогда в Холмах знают, кто главный виновник наших неудач!
- Молодец! - снизошла до похвалы его княжеская светлость: - Который раз убеждаюсь, что мой советник – голова!
Так и поступили. К утру совместными усилиями создали более-менее внятный план поиска беглецов, но ещё раньше по всем выходящим из Мариона трактам (а таковых было четыре), были направлены гонцы, а следом за ними и вооружённые отряды, состоящие из лучших княжеских гвардейцев. Гонцы несли с собой приказ, который гласил: задерживать всех подозрительных личностей, хоть чуть-чуть похожих по описанию на беглых Алета, Джунифа и Сарума, предположительно сбежавших из города на богатой карете с княжескими вензелями на боках. Устанавливалась награда в три дилура ( к вечеру она возрастёт до пяти, а позже и вовсе до десяти монет) тому подданному, который верно укажет куда убежали преступники или поможет в их задержании. Тем же, кто как то будет препятствовать поиску или, паче того, помогать беглецам – лютая казнь!
Уже с раннего утра глашатаи прошлись по всем улицам и площадям города, вслух тиражируя новый княжеский указ. А затем началось то, что, собственно, впоследствии и назовут марионским переполохом. А заключалось сие действо в том, что буквально по всем домам горожан прошли повальные обыски и при этом кого бы там ни разыскивали княжеские гвардейцы, они здорово помогли облегчить кошельки многим ни в чём не повинным марионцам, ничем особенно не аргументируя свои противозаконные действия. Результатом всего этого шумного беззакония явились несколько десятков задержанных граждан города, ни один из которых, впрочем, не являлся ни Алетом, ни Джунифом, ни даже безымянным третьим лицом, похожим по описанию на пилигрима. Задержанных, конечно, вскорости отпустили, строго настрого наказав всемерно содействовать властям в поисках.