Александру, зависающему в неудобной позе вниз головой, этакое создание природы казалось ещё ужаснее, и он даже на время позабыл о боли в ногах. Злобный зрачок рассматривал нашего героя в упор и Алет, содрогаясь от ужаса и брезгливости одновременно, слышал тяжёлые и частые удары собственного сердца, готового вырваться из ставшей вдруг тесной грудной клетки наружу. В мозгах судорожно проносились мысли, одна страшнее другой: «что со мной будет?», «сожрёт?», «швырнёт с размаху на землю?», «растопчет в лепёшку или разорвёт в клочья?»
Чудище вдруг перевело взгляд чуть в сторону, и Алет осторожно повернул отяжелевшую от неловкого зависания голову туда же. Там, в другой лапище циклопа, был Джуниф, и ему вряд ли было лучше. Обмякший толстяк уже перестал кричать. Его глаза были закрыты.
«Неужели погиб?!» - от жалости у Александра сжалось сердце, и он на какое-то время даже забыл, что сам находится далеко не в лучшем положении. Но ему об этом быстро напомнили. Циклоп ещё сильнее сдавил его ноги и наш герой сжал зубы, чтобы попросту не заорать от боли. А чудовище грузно опустилось на траву возле дороги, не сводя одинокого красного глаза с Джунифа. Циклоп несколько раз хорошенько встряхнул «жертву», но толстяк не подавал уже никаких признаков жизни. Голова трактирщика беспомощно болталась при встяске, как у марионетки, лишённой нужной ниточки.
- Гыыыыыыхррр - раздалось гулко и протяжно. Маленькие уши циклопа шевельнулись и щель на его серой морде расширилась, приоткрыв необъятную красную пасть и жёлтые, беспорядочно торчащие исщерблённые клыки. Похоже, уродливое создание было исключительно довольно собой. Воспалённый глаз вновь воззрился на Александра, полный тупой злобы и самодовольства.
Алет замер, но циклоп встряхнул его так, что наш герой поневоле закричал, как совсем недавно его компаньон, и вцепился руками в обхватившие его жёсткие, холодные и от того ещё более гадкие пальцы.
«Он убьёт меня, это конец! Я не смогу так долго висеть, у меня сейчас лопнет голова!» - размышлял Алет, ощущая навалившуюся на мозг свинцовую тяжесть, мешавшую уже даже думать: - «Уж лучше бы он меня в раз раздавил, как беднягу Джунифа… А может попробовать с ним заговорить?» - шевельнулась робкая надежда: - «Вдруг он поймёт человеческую речь? Тогда надо попробовать выиграть время и как то перехитрить его, это мой единственный шанс!»
- Эй, ты ли тот самый знаменитый циклоп во всём Заброшенном Крае? - глядя прямо в чудовищный глаз, не своим от напряжения голосом пропищал Алет первое, что пришло ему в голову.
- Гыыыхрр - вновь раздался противный рокот из пасти циклопа. Но на сей раз это «гыыыхрр» звучало как то по-особенному. Это уже был не тот самодовольный возглас, а, пожалуй, даже некоторое удивление прослушивалось в нём.
«Кажись, подействовало! - мысленно возликовал Александр и тут же, не теряя даром времени, продолжил неприятную для себя, но дающую мизерный шанс на спасение беседу. Ему неспроста пришла на память мифическая история про Одиссея и Полифема, где хитроумный странник Одиссей сумел обмануть страшное чудовище и спасти себя и своих друзей от неминуемой гибели. Алет плоховато помнил подробности этой древней легенды, но что-то подсказывало, что играть надо только на амбициях циклопа и никак иначе.
- Я хочу знать, ты ли и есть тот самый знаменитый силач на весь Заброшенный Край, слава которого гремит даже в далёких отсюда странах?
Циклоп, кажется, прислушался к его словам, но походило что мизерного мозга, заключённого в столь огромной черепной коробке, всё же не хватало, чтобы осмыслить нехитрую речь Алета целиком. Наш герой уловил это интуитивно, а потому повторил вышесказанное, только по возможности громче и отчётливей.
- Хурррх - злобно дохнуло чудовище, вновь разинув свою страшную пасть и Алет содрогнулся от гнилостного смрада изрыгнувшегося из этой самой пасти, а равно как от мысли, что есть такая вероятность - угодить в неё целиком.
- Значит это ты и есть! - собравшись с силами крикнул Александр, полагая, наверное, что получил утвердительный ответ: - Да, я теперь уверен, что это именно ты! И я ведь пришёл сюда только для того, чтобы лично убедиться в достоверности рассказов о твоей неимоверной силе. И должен сказать, о всесильный циклоп (прости, не знаю твоего имени), что слухи не дают настоящей оценки твоей силе! Теперь я это вижу и я счастлив! - нёс полную белиберду Алет, а в кратких перерывах между восторженными фразами думал: - «Век бы не видеть этакое страшилище, провалиться тебе сквозь землю, урод!»