Закончив трапезничать, друзья улеглись на поросшем мхом пятачке и с удовольствием вытянули утомлённые долгим странствием ноги.
- Недурно было бы выкурить трубочку! - мечтательно проговорил Джуниф и зажмурился, словно представляя себя аромат хорошего табака. Его пухлые щёчки даже зарделись от удовольствия, а рот скривила мечтательная улыбка.
Алет давненько уже не видел как улыбается трактирщик и, словно отвечая компаньону, тоже улыбнулся. А всё же и ложка мёда в бочке дёгтя иногда чего-то стоит!
Послеобеденная передышка завершилась тем, что оба незаметно для себя уснули, забыв обо всех неприятностях и страхах, а проснулись только тогда, когда стало смеркаться. Наступала ещё одна, очередная ночь в Заброшенном Крае, и к ней следовало хорошенько подготовиться.
Оставаться на открытой со всех сторон площадке на ночь им не хотелось, и даже то, что к ней вела одна единственная узкая тропинка, обрывающаяся с обеих сторон пропастями, не делало это место ни привлекательным, ни безопасным. Пока ещё совсем не стемнело решено было пройти по дороге вперёд и возможно где-то там, по ходу, им встретится местечко поудобней. На то, по крайней мере, была надежда. На деле же оказалось не совсем так. Дорога продолжала петлять средь скалистых гряд, то пробегая по их уступам вдоль обрывов, то возносясь на самый их гребень, то низвергаясь вниз к самым подножиям, где даже в яркий солнечный день всегда царила полутьма. В последних местах остановиться на ночь хотелось менее всего, потому, как только путники взобрались на вершину холма в очередной раз, Александр принял решение о привале. Идти дальше не имело смысла, поскольку дорога вновь вела вниз, в узкое тёмное ущелье, а к этому времени и без того стало совсем темно. Искать место для ночлега поприличней уже не оставалось времени и Алет даже пожалел, что они с Джунифом покинули место предыдущей остановки. Там, на окружённом со всех сторон пропастями каменном пятачке, теперь, казалось, было безопасней, но выбирать уже не приходилось. Надо было как-то устраиваться здесь.
Чуть в стороне от дороги, возле самого обрыва, росли лиственницы и именно у их подножия путешественники стали готовиться ко сну. Ничто не предвещало каких-то неприятностей, над потемневшей округой царила тишина, нарушаемая лишь трелью неугомонных цикад. Убывающая луна время от времени выныривала из-за невесть откуда появившихся на небосклоне рваных туч, но и она не могла высветить расстилающегося внизу под холмом ландшафта. И сколько бы Алет с Джунифом ни напрягали глаз, пытаясь высмотреть хоть какое-то движение, ровным счётом ничего у них не получалось. Если где-то поблизости и блуждали ночные хищники, то они оставались вне зоны видимости для наших путешественников.
Несмотря на кажущуюся безопасность, на душе у обоих было как-то тревожно. Алет даже предложил толстяку устроиться на ночь прямо на деревьях: забраться повыше и попробовать расположиться среди густых веток, но Джуниф так отчаянно замычал и замотал головой, что пришлось быстро эту тему оставить. Да Александр и сам понимал, что мысль с деревьями не самая лучшая. Во-первых, это спасает не от всех хищников, во-вторых – в случае чьего либо нападения путей отхода не будет (крыльев то ни у него, ни у Джунифа, нет!), ну а в-третьих, можно и самому свалиться вниз, во сне. А с другой стороны и ночёвка на земле не самый лучший вариант. Уж слишком открытая вокруг местность.
Возможно, стоило спуститься к подножию холма и поискать какое-то убежище там, но сходить с дороги тоже не очень хотелось. При всех своих недостатках она всё же представлялась путешественникам этакой путеводной нитью, не дающей сбиться с верного пути. Да и внизу ещё большая темень, а идти во мрак и неведомо куда, ну совсем уж глупость!
Оставался ещё вариант продолжить поход, но и его быстро отвергли, несмотря на то, что ни тот ни другой особой усталости не чувствовали. Поэтому всё же расположились на привал под лиственницами, на мягком многолетнем ковре из опавшей хвои.