— Это подстава. — Теперь мне ясно, что следовало держать свою теорию при себе. — Бигглз сделал это нарочно.
Доктор Анжелика ударила меня. Возможно, вы думаете, что хирурги не склонны использовать руки в качестве тупого орудия. Но я свое получил. Ее ногти разодрали мне щеку. Со всех сторон несся вой и лай. Собаки материализовались из стен. Бигглз укусил меня за палец.
— Пошел вон! — орала доктор Анжелика. — Проваливай, жопа такая, живо вали отсюда!
— Прекрати его бить! — вмешалась Лола.
Собачьи завывания мешались с ожесточенными воплями Анжелики и криками Лолы — и вот я перестал их различать. Однажды в «Лучшем будущем» я посетил презентацию звукового несмертельного оружия, и те пистолеты звучали не столь ужасно. Я обхватил голову руками. Почку разорвала острая боль. Я вскинул глаза. Доктор Анжелика меня пнула. Она глядела сверху вниз, и в тот момент я обрадовался, что у нее нет скальпеля. Лола схватила ее за волосы. Доктор Анжелика завизжала и замахнулась на Лолу, а та увернулась, и они замерли, разделенные несколькими футами и шокированные не то друг дружкой, не то собой. Доктор Анжелика сгребла Бигглза и выбежала из комнаты. За ней потрусила вереница собачек. Прежде чем скрыться, одна обернулась на меня, и я уловил злорадство. Хлопнула дверь спальни.
— О боже, — сказала Лола. Она посмотрела на меня, затем притворила дверь. — О господи.
Я стал подниматься:
— Это было нечаянно.
Лола моргнула:
— Конечно. — Она подошла и помогла мне взобраться на диван. — У тебя кровь. Покажи палец.
— Бигглз не особенно пострадал, раз так кусается.
— Шшш.
Я притих. В тишине было слышно, как доктор Анжелика воркует со своими собаками.
— Она нас выставит?
— Не знаю.
Голос доктора Анжелики стал громче. Он казался резким. На моей памяти она никогда так не разговаривала с собаками.
— Как ей только в голову пришло, что ты нарочно наступил на Бигглза? — (Я молчал.) — Никто тебя не понимает, — сказала Лола.
Доктор Анжелика произносила что-то отрывисто и невнятно.
— Она разговаривает по телефону?
Мы прислушались. Теперь воцарилась тишина. Но я знал, что сделала доктор Анжелика. Я почти слышал его: белый фургон с логотипом «Лучшего будущего».
Я кое-как встал на ноги. На ходули. Я принял вертикальное положение.
— Где Анжелика держит ключи от машины?
— Что?
— Ключи от машины. — Я сделал шаг, потом другой, направляясь к кухонной двери.
— Зачем тебе ключи от ее машины?
На этот вопрос было трудно ответить, не участив сердцебиения Лолы. Учащенное сердцебиение кончится плохо. Оно может вызвать электромагнитный импульс, который убьет машину, и путей к отступлению не останется. Мне предстояло совершить самый хладнокровный побег на свете.
— Я просто… — Вот они, на столешнице. Я прихватил их. — Пошли в гараж.
— Зачем?
— Хочу покататься.
Лола уставилась на меня:
— Тебе нужен сварочный аппарат.
— Что? Да нет же!
— Анжелика была права. — Она приложила ладони ко лбу. — Какая же я дура. — Ее глаза снова выкатились. — Ты любишь меня? Я имею в виду — хоть чуть-чуть?
— Что?
— Ты этого ни разу не сказал.
Я удивился. Но она была права. Мне это казалось само собой разумеющимся.
— Я тебя умоляю.
— Что «я тебя умоляю»?
— Я хочу сказать, что люблю тебя. — Даже по моим меркам вышло неважно. — Ты же знаешь.
— Откуда я могу это знать?
— Из наблюдений! — Я хотел развести руками, но держал костыли. — Я чуть не погиб, пытаясь вывести тебя из того здания! Покажи мне гипотезу, которая объяснит этот факт лучше. Шизофрения? — Я прикусил губу, потому что звучало правдоподобно.
Лола не сводила с меня глаз.
— Мы пройдем мимо аппарата и сядем в машину. Идем, и увидишь сама.
— Тогда зачем…
— Просто пойдем. Пожалуйста. Сейчас же.
11
Машина оказалась гибридом вроде меня. Лола забралась на водительское сиденье и поправила зеркало.
— Не знаю, правильно ли мы поступаем.
Мои ходули каким-то образом зацепились за дверцу в салон. Они были чертовски нескладными. Все приходилось делать самому. Я раздраженно сорвал ремни и начал стягивать гнезда. Они сопротивлялись, пластик присосался к коже, потом они с хлюпающим звуком отлипли. Я зашвырнул их на заднее сиденье.
— Я даже не знаю, куда мы едем.
— Куда угодно.
Я захлопнул дверцу. В окно я увидел его — дуговой сварочный аппарат. У меня перехватило дыхание. Серый холодильник на колесах. Должно быть, в двести ампер.