Он распахнул дверь кабинета, вошёл и замер.
Гарри Озборн никогда прежде не видел мёртвых тел. Но он сразу понял, что сейчас перед ним труп, и, как ни странно, ему потребовалось ещё немного времени, чтобы осознать, что это его отец, которого он всегда считал превыше смерти. Гарри никогда не думал, что подобное случится.
Норман Озборн лежал на кровати. Он был обнажён, но накрыт одеялом, которое насквозь пропиталось кровью. Его голова была повёрнута набок, а один глаз был приоткрыт, словно он подмигивал.
В двух шагах от него, собираясь выскочить обратно через двери балкона, стоял Человек-паук. Его костюм был порван, маска немного надорвана, но это явно был он.
– Ты... – Гарри удалось прийти в себя.
Человек-паук поднял руки, делая шаг вперёд, и Гарри в страхе отступил.
– Нет... – начал говорить Человек-паук.
Но Гарри не слушал.
– Убийца! – закричал он и бросился к столу, где, как он знал, его отец хранил пистолет. Он выхватил его из ящика стола, взвёл курок так быстро, как только мог, и только тогда обнаружил, что Человек-паук исчез, оставив после себя развевающиеся на ветру занавески, труп своей жертвы и рыдающую фигуру сына.
Прощание
Фил Уотсон открыл дверь своего дома, щурясь от утреннего солнца, и увидел свою дочь Мэри Джейн, одетую в обычное чёрное платье. Она стояла на пороге, просто стояла и смотрела на него. Вид у неё был немного грустный.
Она не поздоровалась. Она просто стояла и смотрела на него. У обочины её ждало такси.
– Что, тебе нужны деньги? Надеюсь, ты здесь не за деньгами, – сказал он.
– Нет, – сказала она очень спокойно, словно обращалась к нему с огромной высоты. – Нет, никаких денег. Просто сегодня я иду на похороны, и я подумала, что раз уж я одета подобающим образом, я сообщу тебе, что твоя дочь мертва.
Он моргнул, глядя на неё.
– Что?
– Дочь, которую ты знал, мертва. – Она выпрямилась. – Та, которую могли запугать твои угрозы, твои издевательства...
– О, ради всего святого...
Мэри Джейн продолжила без колебаний:
– Та, которую ты заставлял чувствовать себя ничтожеством, чтобы ты мог получить от этого удовольствия. Её больше нет. Она мертва. Она никогда не вернётся. Теперь есть только я... Я видела хулиганов и воплощение зла, которые запросто могли раздавить тебя. Я – новая Мэри Джейн. Я чертовски интересная личность. И если ты захочешь познакомиться со мной поближе – твоё право. А если нет – твоя потеря. Мы поняли друг друга?
Он непонимающе уставился на неё.
– Я не понимал тебя восемнадцать лет, почему я должен начать понимать тебя сейчас? Ты ведёшь себя как идиотка.
– А ты жалок.
Он разозлился и инстинктивно занёс руку, чтобы влепить ей пощёчину.
Глаза Мэри Джейн вспыхнули гневом, и в них читалось предупреждение. Он медленно опустил руку, сам не зная почему.
– Прощай, папа, – сказала она и, не сказав больше ни слова, повернулась, и ушла.
Вдоль узкой извилистой дороги была припаркована вереница дорогих машин. Питер очень тихо вёл Гарри Озборна к Бентли, стараясь не обращать внимания на своё воображение, в котором из могилы доносился гогочущий смех, даже после того, как Нормана туда опустили, и засыпали гроб землёй.
Тётя Мэй и Мэри Джейн стояли поодаль, тихо разговаривая друг с другом.
– Мне так жаль, Гарри, – сказал Питер. – Я знаю, каково это – потерять отца.
– Я его не терял, – твёрдо поправил его Гарри. – Его у меня украли. И однажды Человек-паук за это заплатит. – Он остановился и повернулся лицом к Питеру. – Клянусь могилой своего отца, Человек-паук заплатит.
Питер не знал, что сказать... поэтому промолчал.
Они подошли к Бентли, и водитель открыл дверцу, чтобы Гарри мог сесть. Гарри помедлил, прежде чем сесть, и сказал:
– Послушай... насчёт Эм Джей... Я просто пытался угодить своему отцу. – Он говорил так, словно признавался в тяжком преступлении. – Я думал, что он будет впечатлён... мной, рядом с такой красивой девушкой. Я знаю, что она никогда не подходила мне. Я хотел, чтобы он гордился мной, вот и всё. Теперь я никогда не смогу этого добиться. – Он крепко пожал руку Питера. – Слава Богу, что ты есть, мой друг. Кроме тебя у меня больше никого не осталось. – Он притянул Питера к себе, обнял его, а затем сел в машину.
Водитель закрыл за ним дверь, бросил на Питера презрительный взгляд, затем сел сам на переднее сидение и уехал.