– Что... что это? Что это, чёрт возьми, такое?! – внезапно Дэниел указал дрожащим пальцем.
Что-то... какие-то странные сероватые нити покрывали боковые стёкла и ветровое стекло. Они были слепы. Слепы и оказались в ловушке.
– Там что-то есть! – закричал Дэниел.
– С чего ты взял?! – Кит, самый старший из них, пытался говорить саркастично, но получилось только испуганно.
– Это... это монстр! – мысли Дэниела метались. – Какой-то инопланетный жук! Он заворачивает нас в кокон, чтобы потом съесть!
– Ты что, дурак?! – Тайлер повернулся и уставился на своего друга.
Но правда заключалась в том, что он думал точно так же; просто он был слишком напуган и чувствовал себя полным придурком, чтобы что-то сказать.
В этот момент машину начало сильно трясти. Ребята кричали, вопили, звали кого-нибудь — кого угодно на помощь, когда машину раскачивало из стороны в сторону.
Тайлер издал крик, который, возможно, услышали на другой стороне Уайтстоун-Бридж, даже когда он снова завёл машину. И затем, с металлическим скрежетом, они оказались на свободе, задний бампер был начисто оторван.
Главные ворота всё ещё были открыты, и они промчались через них на максимальной скорости, сигналя как сумасшедшие, что было большой удачей, поскольку это было единственное, что помешало им не размазаться по борту приближающегося грузовика, перевозившего, что вполне уместно, пиво. Грузовик резко затормозил, когда Корвет объехал его. Вскоре запах горящей резины и испуганные крики нарушителей спокойствия растаяли в ночном воздухе.
На кладбище всё было тихо.
Затем из-за ветвей одного из больших дубов появилась фигура, одетая в сине-красное, такая тёмная, что казалось, будто одна из теней отделилась и ожила. Он двигался так бесшумно, что отсутствие звука навело бы любого наблюдателя на мысль, что, возможно, его там вообще не было.
Его тело было мускулистым, но в то же время очень пропорциональным, и он двигался с гибкой, стремительной грацией, которая едва ли была свойственна человеку. Его перчатки и ботинки были тёмно-красного цвета, как и узор, который покрывал его грудь и руки. Его маска была того же цвета, но с двумя непроницаемыми снаружи окулярами. Действительно, любой, кто посмотрел бы на него, удивился бы, как он вообще способен видеть.
Тонкие узоры чёрной паутины покрывали все алые участки костюма. А на груди, прямо над солнечным сплетением, был изображён паук с распростёртыми лапами. Если бы он просто стоял и прогуливался по главной улице в середине дня, небрежно опустив руки по швам, то мог бы сойти за сбежавшего из цирка. Но здесь, в ночной тишине, когда были видны только окуляры, а луна снова скрылась за тенями, он сам больше походил на паука в человеческом обличье, извергнутого тёмными силами, которые обычные смертные даже представить себе не могли, разве что в своих самых страшных снах.
Он спрыгнул на землю, по-прежнему бесшумно, и осмотрел местность, которая совсем недавно была ареной необузданного столпотворения. Глядя на следы шин, испещрившие землю, он покачал головой и мысленно отругал себя за то, что не приехал раньше и, следовательно, не сделал больше.
– Но ведь... так всегда бывает, не так ли, – тихо сказал он.
Как бы он ни ругал себя за то, что не приехал раньше, по крайней мере, он прибыл как раз вовремя. Траектория движения гоночного автомобиля должна была пролегать прямо через одну из могил на кладбище, которая была важна для него. Его вмешательство предотвратило это, в результате чего разогнавшийся автомобиль резко затормозил. И я надеюсь, что слабоумные, побывавшие в этой тачке, никогда, ни за что на свете даже не подумают о том, чтобы снова оказаться в этом месте.
Всё так же тихо, тихо, словно призрак, тихо, словно могила, человек в маске подошёл к надгробию, которое было его целью, и присел перед ним на корточки.
– Привет, – тихо поздоровался он. – Ты видел, как они удирали? Неплохое зрелище, да?
Он осторожно потянулся к надгробию и провёл пальцами по буквам.
– По крайней мере, у тебя хороший вид.
«Так обещал парень из похоронного бюро, что у нас будет хороший вид. За это я заплатил дополнительно. Но это того стоило».
Он помолчал ещё мгновение, как будто не зная, что сказать, или даже зачем он вообще пришел.
– Прости, – сказал он наконец. – Я … Мне следовало зайти и поговорить с тобой раньше. Я знаю, что давненько меня здесь не было. Но я … Я не знал, что сказать. Как начать разговор, знаешь ли. Но... вот, зацени это. Я подумал, что это будет настоящий прорыв. – Он встал и повернулся на месте, раскинув руки в стороны, как модель на подиуме. – Нравится костюм? Думаю, что попаду в списки лучших и худших нарядов, причём одновременно. А грудные мышцы... неплохо, да? – и он напряг мышцы, чтобы доказать свою точку зрения. – Я имею в виду, ладно, я не Арх-Нулд и даже не Кевин Сорбо, но я прошёл долгий путь, верно? Не так, как ты предполагал, я закончу, верно? Я думаю... – Шутливость начала угасать. – Я думаю... ни один из нас не закончил так, как мы думали, верно?!