По идее, это должно было вызывать у зрителей удивление и восторг. Вместо этого они просто стояли и хмурились. Они были лишены воображения и не обладали ни малейшим видением, и всё же они пришли сюда, чтобы оценить работу Озборна.
Норман вошёл в лабораторию как раз вовремя, чтобы услышать, как доктор Мендель Стромм, его руководитель отдела исследований и разработок, приступил к подробному объяснению всего, что заставляет глайдер работать. Возможно, на планете не было более раздражающего человека, чем Стромм, с его жеманством и слегка отрывистыми манерами. Но когда дело доходило до квантовых скачков в кибернетических достижениях, единственным учёным, у которого были лучшие навыки, чем у Стромма, был, вероятно, доктор Генри Пим, а Пим просто не продавался.
– Мы решили проблемы с равновесием и горизонтальным планированием, – говорил Стромм, явно собираясь подробно рассказать о ходе реализации программы.
– Я уже видел глайдер, – кивнул генерал Слокум, сделав паузу на слове "глайдер" с таким презрением, что Озборну захотелось придушить его. – Но я пришёл сюда не за этим.
Озборн выдавил из себя любезность.
– Генерал Слокум, – сказал он приветливо. – Рад видеть вас снова. Мистер Балкан, мистер Фаргас, – продолжил он, приветствуя каждого из них по очереди. Те не ответили, только сердито посмотрели на него.
– Всегда приятно, когда наш совет директоров наносит нам визит.
На Слокума, похоже, приветствие Озборна не произвело впечатления.
– Мне нужен отчёт об усовершенствовании эксплуатационных качеств человека.
Доктор Стромм на мгновение замолчал, взглянув на Озборна, который просто кивнул. Указав на изолированную камеру со стеклянными стенами в другом конце лаборатории, Стромм направился к ней, говоря на ходу: – Мы испытывали ингаляцию пара на грызунах. Их сила увеличилась на 800%.
Фаргас подвинул своё кресло вперёд.
– Восемьсот процентов. Превосходный результат.
Это на мгновение удивило Озборна – он не думал, что Фаргас способен хвалить кого-то или что-то. Однако, Слокум, естественно, искал обратную сторону.
– Побочные эффекты были? – спросил он.
– В одном случае, – начал было Стромм, – у нас...
Озборн быстро перебил его.
– Это было отклонение. С тех пор все испытания проходили успешно.
Но Слокум продолжал демонстративно игнорировать Озборна, обращаясь к Стромму.
– Что случилось в том неудачном испытании? Каковы были побочные эффекты?
Стромм не колебался. Было ясно, что он крайне обеспокоен ситуацией и рад возможности заявить о своей обеспокоенности.
– Буйность, агрессия и помешательство.
На мгновение в группе воцарилась тишина, а затем Слокум спросил: – Что вы рекомендуете?
Прежде чем Стромм успел сказать что-нибудь ещё, что могло бы похоронить ОСКОРП, Озборн вмешался, физически встав между Строммом и Слокумом. Встретившись взглядом с генералом, он заверил его: – Кроме доктора Стромма все наши учёные сертифицируют пригодным к испытанию на человеке.
И тогда лодка-человек, известная как доктор Стромм, выпустила торпеду, поразив прямо в нос отличный корабль ОСКОРП: – Нам нужно вернуться к разработке формулы.
Чувствуя, что его предали, Озборн резко повернулся к Стромму.
– Вернуться к формуле?
– Мистер Озборн, – сухо произнёс Слокум, – Ваш отдел пропустил подряд семь сроков поставки. После пяти с половиной лет исследований и разработок правительство Соединённых Штатов вправе ожидать суперсолдат, на поставку которых вы заключили контракт.
«Это было безумие! Формула была безопасна! Стромм просто параноик!»
Стараясь говорить разумно и уверенно, Озборн сказал: – Это квантовый скачок в науке, господа. Мы открываем секреты человеческой эволюции. Я никогда не говорил, что это будет дёшево или быстро, только революционно.
Слокум выпрямился, возвышаясь над Озборном, и устремил на него холодным взглядом.
– Я буду с вами откровенен. Я никогда не поддерживал вашу программу. Вы всем обязаны моему предшественнику. – Было ещё одно слово, которое он произнёс с нескрываемым презрением: "предшественник".
Озборн почувствовал, что сейчас последует второй удар, и именно Балкан его нанесёт.
– Генерал дал добро лаборатории "Квест Аэроспейс" на конструирование прототипа их экзоскелета. Через две недели начнутся испытания.
«Господи... они так далеко продвинулись». Озборн изо всех сил старался не выдать паники на своём лице, даже когда генерал Слокум, крутя нож, продолжил: – Если к этому времени ваше изобретение не выдержит испытания на человеке, я лишу вас финансирования и передам средства им.