Бен на мгновение замешкался, и Питер воспользовался этой нерешительностью, чтобы распахнуть дверцу и выйти на тротуар.
– Я знаю, что я тебе не отец, Питер..., – начал Бен.
А затем прозвучали слова, которые Питер, спустя годы, хотел бы никогда не произносить, чтобы дядя Бен их никогда не слышал. Слова, которые, если бы Питер мог вернуться в прошлое и заткнуть себе рот кляпом, чтобы не дать их произнести, он бы сделал это в мгновение ока. Вместо этого они прозвучали: враждебные и обидные.
– Тогда перестань им притворяться!
Лицо дяди Бена стало холодным. Питер никогда не видел его таким. Таким сердитым, таким обиженным, таким... старым.
– Я заеду за тобой в десять, – холодно произнёс он, а затем влился в поток машин.
Чувствуя раскаяние, Питер крикнул:
– Прости меня!
Но он не был уверен, что дядя Бен его услышал, когда Олдсмобиль отъезжал.
Плечи Питера поникли. Этого не должно было случиться, этой ссоры. Он должен был быть более честным, должен был рассказать дяде Бену, что происходит. Но если бы он это сделал, он знал, что дядя Бен и тётя Мэй никогда бы не позволили ему сделать то, что он собирался сделать. Вместо этого они, вероятно, просто попытались бы отвести его к врачам, специалистам и клиникам, чтобы лишить его этих способностей. И тогда всё это действительно было бы бессмысленным.
Что ж... он всё исправит. На кону стоит всё. Он всё исправит. Он убедится, что дядя Бен и тётя Мэй знают, что он сожалеет, и он загладит свою вину перед ними. Чёрт возьми, если сегодня вечером всё получится, то он загладит свою вину сполна. Он протянет дяде Бену три тысячи долларов, когда тот заедет за ним, и это будет стоить всего.
– Проблемы с деньгами решены, дядя Бен, – скажет он ему, а когда тот будет уверен, что Питер замешан в торговле наркотиками или в чём-то подобном, потому что как ещё можно так быстро раздобыть столько денег, Питер просто согнёт фонарный столб или заберётся на крышу здания.
Только бы всё получилось. Как всегда всё получается.
Второй бой
В школе очень часто кто-нибудь случайно ронял поднос в столовой. В такие моменты крики, возгласы и оглушительный рёв учеников заставляли несчастного неуклюжего ученика испытывать неловкость. До этого момента это был самый громкий групповой шум, который Питер Паркер когда-либо слышал. Но это было ничто по сравнению с тем, что он испытывал сейчас.
Ринг был наполнен звуком от стены до стены, нескончаемым, подпитывающимся самим собой и всё усиливающимся, и Питеру показалось, что у него вот-вот пойдёт кровь из ушей. Заведение было огромным, битком набитым таким количеством пьяных людей, какого Питер никогда в жизни не видел в одном месте, и все они хотели одного: увидеть, как каким-то парням набьют морды.
Время от времени дядя Бен смотрел реслинг по телевизору. Это была одна из немногих вещей, которые он делал, несмотря на то, что знал, что это сводит с ума тётю Мэй. Возможно, это и было одной из причин, по которой он это делал. Просто чтобы держать себя в руках, дать ей понять, что он – мужчина в доме, чёрт возьми. И иногда Питер присоединялся к нему, что выводило тётю Мэй на совершенно новый уровень. Но то, что Питер видел по телевизору, уютно и безопасно сидя дома на диване, совершенно не подготовило его к реальному присутствию. Он стоял в очереди за другими борцами-любителями, большинство из которых были одеты в удивительно яркие костюмы. В начале очереди сидела скучающего вида блондинка со слишком сильным макияжем и плохой химической завивкой, которая регистрировала их и записывала важную информацию... «например, о ближайших родственниках», мрачно подумал он. Коридор, в котором он стоял, тянувшийся по внешнему периметру ринга, был тесным и пах плесенью. Труба над головой непрерывно капала в ведро, которое нужно было поскорее опорожнить. Когда Питер услышал ещё один мощный рёв, то сделал шаг назад и заглянул через входную дверь на сам ринг.
Борец в центре ринга был известен как Молот Магро. Питер никогда не видел его в действии во время боёв, которые он смотрел вместе с дядей Беном. Возможно, это было и к лучшему, потому что если бы он видел, то, возможно, никогда бы не решился прийти. Рост Молота Магро был не меньше двух метров, а вес – 130 кг сплошной мускулатуры. Его массивная грудь блестела от пота, у него были длинные тёмные растрёпанные волосы и тёмная борода, а на лице застыло выражение такого слабоумия, что Питер невольно подумал, не пора ли Магро сделать прививку от чумы.
В этот момент Магро был занят тем, что мутузил противника, который заявлял, что дрался с самим Джеком Мёрдоком. У него были огненно-рыжие волосы и неплохая мускулатура, и одет он был в костюм жёлтого и тёмно-малинового цвета. Но если у него и был когда-то расцвет, то сейчас он явно был в прошлом, и Магро быстро с ним расправился. Он повалил противника на землю и нанёс сокрушительный удар локтём ему в грудь с такой силой, что Питеру показалось, что он почувствовал это со своего места.