Сигнализация в ювелирном магазине на углу Сорок Седьмой и Девятнадцатой Авеню нарушила тишину ночного воздуха, когда подъехала полицейская машина. Офицеры ДеФалко и Оусли выскочили из машины. Физически эти двое полицейских были полной противоположностью друг другу. ДеФалко, старший офицер, был коренастым итальянцем средних лет, в то время как Оусли был чернокожим, ему было чуть за тридцать, и он был помешан на здоровье. Вытащив дубинки, они увидели разбитые двери в передней части здания. Не было никаких следов преступников, скорее всего, они скрылись через чёрный ход.
Тем не менее, они с осторожностью вошли в здание. Но поскольку сигнализация работала очень пронзительно громко, они не услышали приглушённых звуков ворчания и протеста, пока не оказались внутри помещения. Оусли и ДеФалко осмотрелись, пытаясь определить источник. Звук был такой, словно кому-то заткнули рот кляпом.
Затем они подняли голову.
На мгновение им показалось, что они видят сотрудников ювелирного магазина, оказавшихся беспомощными в руках мошенников. Но потом они поняли, что к двум мужчинам, которые свисали с потолка, беспомощно завёрнутые с головы до ног в... был прикреплён толстый мешок с добычей.
– Что за чёрт? – сказал ДеФалко, тыкая в него дубинкой. Грабители, а это были именно они, закричали в знак протеста против того, что полицейские не спешат их вызволить. Но поскольку их рты были заклеены белым материалом, они не могли ничего толком сказать.
– Чувак... это выглядит как... какой-то кокон...
– Да уж, – скептически произнёс ДеФалко, его голос был полон недоверия, – ты хочешь сказать, что этих двух шутников пригвоздила гигантская гусеница?
Оусли растёр между пальцами несколько свисающих нитей, отметив их сцепление.
– Или, – многозначительно добавил, – гигантский паук.
– Отлично, – фыркнул ДеФалко. – Ну, это лучше, чем на прошлой неделе, когда ты читал о том, как тех солдат разгромили в Нью-Мексико, и говорили, что это сделал какой-то Невероятный Халк.
Мэри Джейн всё ещё не могла в это поверить, с удивлением осматривая ресторан.
– Это же "Сарди", Гарри? Я не могу поверить, что мы ужинаем в "Сарди"!
Гарри пожал плечами, словно в этом не было ничего особенного. Со всех сторон им улыбались карикатуры на известных актёров в рамках. В заведении было невероятно многолюдно, а ароматы великолепной еды вокруг них были такими чистыми и манящими, что Эм Джей буквально с трудом сдерживала слюну.
– И нас сразу посадили! – продолжала девушка, размахивая меню. – Обычно здесь невозможно заказать столик заранее! Но мы только вошли, и метрдотель сказал: «Месье Озборн! Рад снова Вас видеть!» с восхищением сказала она, подражая его французскому акценту.
Гарри рассмеялся и посмотрел меню.
– Не хочешь попробовать жареную утку. Она здесь очень вкусная.
– Господи, вот это цены...
Озборн пренебрежительно махнул рукой.
– Я же сказал, что угощаю. Помнишь?
– Я знаю, но...
– Никаких "но", – твёрдо сказал он. – Ты заслуживаешь это. Ты заслуживаешь счастья.
Мэри Джейн откинулась на спинку кресла и грустно улыбнулась.
– Прошло много времени с тех пор, как я думала, что заслуживаю. Спасибо, Гарри.
– Всегда пожалуйста. И чтобы в будущем я мог сделать всё, что ты заслуживаешь... ты только скажи мне. И знаешь почему так? Потому что ты – бесподобна, Мэри Джейн. Бесподобна во всех отношениях.
– Это... – у девушки почти перехватило дыхание, голова закружилась. – Это так мило с твоей стороны. Я не знаю, что сказать...
– Как насчёт того, чтобы сказать, – Гарри наклонился вперёд, беря её за руку, – что пойдёшь со мной на свидание завтра вечером?
И Эм Джей не могла не подумать о том, как забавно всё обернулось. Она пришла в квартиру к Питеру... случайно столкнулась с Гарри... и вот они уже здесь, за ужином в этом великолепном ресторане, и... и... и она была счастлива впервые за долгое время. Да, она чувствовала себя счастливой с Гарри и, более того... с ним она чувствовала себя в безопасности.
– Конечно, – сказала она.
Миссис Иола спешила домой, положив в сумку замороженную рыбу с рыбного рынка Краузе, когда нападавший отошёл от фонарного столба, к которому прислонялся. Её глаза расширились, и она отступила на шаг, когда он вытащил пистолет.
– Отдай мне сумочку.
Умом женщина понимала, что нужно просто отдать ему сумочку. Но она была слишком напугана. Всё, что она могла делать, это стоять, дрожа и медленно качая головой – не в знак отказа сотрудничать, а в знак недоверия к происходящему.