Начались трудовые будни. Я попросил Михаила и Владимира, своих учеников, подготовить необходимые инструменты для работы и закупить металл для создания «фонаря» - проекционной части проектора, заказанного профессором Любимовым. Сам же засел за наброски и чертежи.
Проекционная часть проектора оказалась самой простой. У меня был аналог «волшебного фонаря», привезенного кем-то из Германии. Он и послужил прототипом для нашего «снаряда».
Было интересно наблюдать, как Миша и Володя спорили из-за каждой мелочи, создавая проекционную часть: как раскроить лист латуни, где согнуть, где расположить лампу – «свечу Яблочкова», где поставить отражатель, и далее, и далее.
Я составил наброски аппарата в трех проекциях и готовился начать составлять чертежи. Дело спорилось, что не могло нас всех не радовать, и только одна мысль не давала мне сейчас покоя – что я поставлю на диск для проекции, т.е. какие там должны быть изображения? Было ясно, что если за основу взять диск циферблата часов, то картинок, которые я должен расположить по кругу диска, должно быть не менее двенадцати, а то и в два раза больше. Но как я создам эти картинки? Не повторять же опыт Мейбриджа с бегущей по дорожке лошадью. Я прибывал в растерянности.
Пока я сидел за рабочим столом и сам с собой разговаривал, пытаясь ответить на этот вопрос, в кабинет зашел Николай, мой старшенький. За последнее время Коля заметно повзрослел. Передо мной стоял стройный черноволосый молодой человек со сверкающими по-юношески глазами. Ну, впрямь, как я в молодости!
- Отец, может надо немного отвлечься? Не желаете прогуляться, - робким голосом предложил он.
Конец июля и начало августа в этом году выдались очень жаркими и душными. Не помогал даже ветер, постоянно дующий со стороны моря.
Мы прошлись по нашей улице к ближайшему трактиру. Я очень редко посещал подобные заведения, но выпить кружечку холодного пива сегодня я не отказался.
Половой в чистой, на удивление белой, рубахе принес бокал пива для меня и холодный квас для сына. Бокал был покрыт испариной, и пиво в нем казалось очень вкусным и аппетитным. Вокруг стоял стойкий запах рыбы и раздавался смех портовых рабочих. Мы выпили по глотку. Николаю шел пятнадцатый год, и он себя чувствовал абсолютно взрослым человеком.
- Отец, я так понимаю, Вы ломаете голову последние пару дней над какой-то проблемой? Это связано с заказом Николая Алексеевича? - осторожно спросил Николай.
- Да, есть такое дело, - с улыбкой ответил я.
После второго глотка стало легче.
- Проблема та небольшая, но существенная: «снаряд» для демонстрации мы создадим, я почти уверен, а вот изображения, которые он будет проектировать..., - я остановился, не веря, что я все это рассказываю своему сыну. Неужели он успел так вырасти?
- Я так понимаю, эти изображения – фазы движения объекта, которые при демонстрации дадут зрителю явное ощущение движения снятого, - с этими словами Николай залпом допил остатки кваса.
- Ты уловил мысль, - подтвердил я.
Парень расплылся в улыбке. На его лице чувствовалась гордость за то, что он еще не сказал мне.
- Вам не нужно ни снимать отдельные картинки, ни рисовать их от руки, - со знанием дела произнес Николай и продолжил:
Я вопросительно посмотрел на него.
Глядя на мою реакцию, Николай не мог не улыбнуться еще раз.
- Вспомните часовой механизм, который Вы изобрели для батюшки императора. И сейчас часы, а вернее часовая стрелочка, которая бегает по кругу, может помочь Вам выйти из положения, - с еще большей значительностью сказал Николай.
Я продолжал вопросительно смотреть на него.
- Прорежьте в диске фазы движения стрелочки. Пусть каждая картинка-прорезь передаст одну фазу движения стрелочки по циферблату..., - он не успел договорить. Я прервал его речь, подняв руку и как бы останавливая его.
Вот оно! Проекция простой, но понятной фигуры или объекта посредством прорези диска!
Я с большим уважением посмотрел на Николая, и он это уловил! Да, сын уже вырос!
За ужином я рассказал всей семье о предложении Николая и о том, что отныне мой старший сын становится моим официальным, третьим учеником. Больше всего радовалась Настенька:
- Иосиф Андреевич, батюшка наш, нет слов от радости, - восклицала она.
А у меня была только одна мысль: часы, опять часы.
Глава 6
Море.
На следующий день я сделал необходимые расчеты с диском и «стрелочкой». Николай с энтузиазмом принялся за работу. Он подготовил нужного диаметра легкий картонный диск и прорезал в нем необходимые отверстия, соответствующие повороту стрелки. Получилось очень симпатично.