— Ты всем был нужен. Тебе думать было некогда. Разбираться в себе и слушать внутренний голос. А я только этим и занималась. Под конец правда тоже была занята одним не в меру дерзким мальчишкой.
— Его ведь Самерхольд-старший убил. Пронзил ядро копьем и всё. Нет парня.
— Да? А что там за операция была, а то я не в курсе. Слышала только, что он погиб на какой-то миссии. О, мой клубничный тортик!
— Они с Самерхольдом-младшим полетели задерживать старшего. Для младшего это был экзамен, а Капитан играл роль Реле. Из-за рейда его боевые запасы, оружие, щиты — были истощены. Он полетел с синим щитом на миссию задержания? Представляешь?
— Плохо.
— Красных не было. Там вообще много чего из снаряжения полетело и не восстановилось. А миссия была серьезная. Старшего все-таки задержали, вытащили из капсулы. Ток он успел «Иглой» проткнуть парня.
— Его похоронили?
— Кремировали. Прах дома остался в мемориале.
— Доме… Цитадель действительно для тебя дом. А как же передать его прах семье? Племяннице, брату?
— Руководство решило, что это бессмысленная трата ресурсов перевозки.
— А что там со Стивом? — Перевела тему Саманта. — Я слышала общее, видела его как-то вусмерть пьяным, но подробностей не знаю.
— Сердце его выкинуло в разгар зачистки улья, когда мы наткнулись на кокон, и сбежало. Поймать до сих пор не можем и в ядро не пускает.
— А что за кокон так и не выяснили?
— Неа. Ученые чем только его не кололи, всё бесполезно. Так и заперли его в колыбели глубоко под землей и под десятками слоев защиты.
Я выпал из их разговора, потому что получил приглашение на выставку геймразработчиков. Туда должен прибыть Мэтью Гаус, мой любимый разработчик игр. В его игры я играл с детства, да и сейчас время от времени поигрываю в «Звездное ремесло», когда есть время. Самое занимательное, что чаще всего я лезу в уровень с тьмой и платформами посреди пропасти. Проходя их раз за разом, я как будто сам там прыгал. Настолько живым я себя чувствовал.
Открыв раздел акций и новостей, связанных с ними, я принялся изучать что купить. Вкусным выглядели акции оружейного концерна «Исток». Все из-за смерти Адама Джэкса, владельца концерна. Что интересно, он практически не появлялся на публике, возглавляя управления из своего секретного штаба. В этом плане интересно, что пару лет назад мир потерял похожего затворника, отличного конструктора Хоффмана, владельца частной конструкторской фирмы «Зенкару», которую концерн тут же поглотил.
Я так влился в новостной поток, что вздрогнул, когда Саманта рявкнула.
— Ты сумасшедший⁈
Обернувшись, я наткнулся на её злой взгляд, тут же отвернулся и продолжил с виду читать новости, а на деле прислушиваться к их разговору.
— Увидев тебя, я окончательно решил. Мне нет места в Империи. Быть человеком не для меня.
— Ага, зато в компании Ксандра и его сестры самое то, — язвительно сказала Саманта. — Идиот! Ты понимаешь, что за такие слова тебя закроет не кто-то, а я.
— Ты же не…
— Я в проекте. В отряде «Бесконечность». И я обязана на тебя отреагировать и изолировать.
Саманта тяжело вздохнула. Знаю я этот вздох. После него весь дом начинает ходить по струнке.
— Я сделаю вид, что этого не слышала и сама разберусь с начальством. А ты делай то, что решил.
— То есть ты согласна?
— Согласна? Нет. Но я тебя знаю. И ты прав, тебе здесь не место. Правда я бы предпочла, чтобы ты летел на корабле, а не вот так.
— Я не смогу смирится, что потерял силу.
— Ты сможешь вернуться. Проекты развиваются. Орлы, Браксис, Алессуа. Уже есть успешные примеры пилотов. Почему бы тебе не дать себе шанс обрести семью и счастье?
— Тебя заменить никто не сможет.
— А тебя смогли. Так что подумай. В мире триллионы людей, одного человека то ты можешь найти для себя.
— Вряд ли.
Незнакомец встал.
— Рад был тебя видеть, Валькирия, — и сделал пару шагов к выходу.
— Дай хоть обниму на прощание, Кэллиан. Хоть ты и непроходимый идиот, но я надеюсь, что ты найдешь своё место в этом мира.
Саманта встала и крепко обняла мужчину. Глядя на мужчину мне почему-то стало его жаль. Он выглядел таким печальным и одиноким.
Ушел он быстро, не оглядываясь. И все же что-то такое было в его движениях. Чуть подумав, я понял, что так же ходят все пациенты левого корпуса. Есть у них что-то одинаково-роботизированное в движениях.
— Пересаживайся, сын мой. У тебя весь накопилось вопросов.
— Твой бывший? — Пересев к ней за стол, спросил.
Что примечательно, стоило мужчине уйти, как жена отца перестала выглядеть высокомерной сукой и даже была весьма расстроена. О чём говорил на три четверти недоеденный тортик, которых за раз она могла поглотить хоть десять кусочков, не оставив ни крошки.