— С каждым шагом давление нарастает, так что двигайся медленно. Если почувствуешь себя плохо — говори или отходи.
Элейн говорила об уникальности. И вот сейчас я остро чувствовал — ответ лежит внутри этого кокона. Мне НУЖНО его открыть.
— Как-то ты резво взял темп. Подожди.
Обернувшись, я увидел, что Эликс идёт медленнее.
— Скафандр большеват?
— Куда там. Давление. Знаешь ли, в теле меха оно совершенно иначе воспринимается. Ты не чувствуешь? Как давит на плечи тяжесть?
— Наоборот, мне легко. У тебя пси-подавитель не работает?
— Работает. Только он избавляет от психологических и мистических проявлений, не от физических, таких как давление.
Медленно, мы двинулись ближе. С каждым шагом я чётче рассматривал выпирающие отвратительные вены. Видел чешуйки и складки на кожистом панцире. Видел пульсацию. Что бы ни находилось внутри, оно жило, дышало, развивалось и ждало. Меня.
Десять метров. Именно столько нам оставалось до границ красной линии.
— Всё. Дальше я не пойду, — сдался Стив. — Айрон, утащи меня.
— Слабак, — отозвался фаворит. — Я был о тебе лучшего мнения.
— Да я посмотрю на тебя, как ты в теле человека подойдёшь хотя бы к жёлтой линии!
— В теле человека я сюда не сунусь. Здоровье уже не то, суставы болят.
Слушая их фоном, я приблизился на расстояние десяти сантиметров от красной линии и остановился. Пси-подавитель давно перестал пищать.
На разум накатил холод. Сознание стало ясным. До этого я никогда не пытался управлять способностями. Но сейчас, вспоминая старый опыт, я чётко осознал, что я могу ускориться.
Двойственное ускорение.
Так называлась моя способность в теле меха. И пришло время её использовать.
Дым от цепей будто замедлился. Возгласы Стива, смех Айрона и Келя стали слышны, как на замедленном видео. И в этот момент, выжимая из организма все свои возможности, я рванул с места. Расстояние, кажущееся мне гигантским, преодолевалось с мучительной скоростью. Звук летящего металлического троса, казалось, готов настигнуть меня, и я не дотянусь до цели. Но я успел. Рука в защитном скафандре коснулась куска пульсирующей вены и будто бы отозвалась в такт биению сердца.
Трос со звоном впился в мой костюм, и тело дёрнуло назад, а через секунду я оказался перед злым взглядом Айрона.
— Живой? Впрочем, не сомневался, — усмехнулся Стив.
— Ты знал, что он выкинет такое? — Айрон поставил меня на пол и повернулся к Стиву.
— Я мог предположить. Но не знал наверняка. С виду парень адекватный. Что куда интереснее — он выжил в красной зоне.
Под шлемом было не видно, но я воочию представил нагловатую ухмылку Стива. Айрон медленно повернул голову и посмотрел на меня.
— Пси-подавители у вас у всех стандартные. И люди обычно дальше зелёного не ходят. Пилоты в жёлтый. А в красной зоне выкидывает даже механоидов и разрушаются манипуляторы. Но ты человек. И выжил.
— Знаешь, Стив, я всё больше начинаю склоняться к тому, что ты был прав, — вдруг сказал Кель.
— Это вы о чём?
— Да так. Кое о чём, — слился с темы Кель.
Айрон схватился за свои волосы и, казалось, готов их выдрать.
— Что ты, мать твою, сделал? Сигнатуры кокона поменялись! Так, проваливайте отсюда, чтобы я вас не видел ближе двухсот километров!
Глава 22
Т-Нуль-Пространство
Аргусса
Форпост «Мебиус-1»
— Нас теперь туда не пустят. Впрочем, не очень-то и хотелось. В этот комплекс я теперь не сунусь даже под страхом смерти, — сказал Стив, когда мы забрали кольца и сели в транспортник. — И вот надо было тебе это яйцо трогать?
— Надо, — отозвался я.
Мысленно строил планы как бы его утащить. И с ужасом констатировал, что не получиться никак. Вообще.
— По глазам вижу — хочешь вернуться и украсть яйцо. Только без вариантов. Изменение сигнатур привлечет такое количество людей, мехов и прочих заинтересованных, что в ближайший месяц Айрон будет волком выть, что ему играть мешают. А ведь ты мог дождаться следующего раза и утащить яйцо после игры с Айроном. Подготовиться.
— Да, понял, я понял, что сглупил.
Но как описать словами те эмоции и ощущения. Там, в красной зоне, моё сердце билось сильнее. Я наконец-то нашел то, что так долго искал в Империи. Нечто настолько важное, что я теперь точно не усну, пока не найду способ его вытащить.
Вернувшись домой и оставшись наедине, я лег на кровать и начал усиленно думать. То, что я собираюсь сделать — невероятно опасно. И не для меня, а для других. Если пси-излучение вырвется наружу, то придется туго всем, кроме меня. Смерти случайных людей вполне ожидаемы. Такую ответственность я на себя брать не хочу. А она упадет с высокой вероятностью.