Глава двенадцатая
Когда я проснулась на следующее утро, то около минуты оставалась призрачная надежда на то, что все это было просто сном, но когда повернулась на бок, то увидела на стуле снятое вчера белоснежно белое платье без алых всполохов и Айлин, сидящую на кровати. Поджав под себя ноги, она обнимала подушку и гипнотизировала меня взглядом.
— Ну наконец-то! — девушка отбросила подушку, вскакивая с кровати и перемещаясь на мою постель — Сколько можно спать?! Рассказывай!! Как бал? С кем танцевала? Почему у платья совсем другой цвет? И почему у тебя волосы теперь изумрудные!! Новая стихия?!!
Мне захотелось схватить одеяло и спрятаться под ним, потому что все эти вопросы неизменно подразумевали в своем ответе ректора Дакара.
— Эм…. — протянула я, уставившись в горящие глаза подруги, — да, у меня земля проснулась.
— Как? Как? Боже ты теперь нос самому Исару утрешь!
— Я вышла в сад погулять, — на ходу сочиняла я новую историю, понимая, что мне придется рассказать ее еще не раз, а значит и запомнить как следует, — присела на скамейку, цветы красивые были, сорвала бутон, он распустился на моей руке.
— Как красиво, — заворожено ответила девушка, продолжая взирать на меня восторженно, и я начала рассказывать ей про бал, чувствуя стыд за то, что в моих словах почти не было правды.
Заболтавшись, мы пропустили завтрак. Первой опомнилась подруга, я была так занята фильтрацией своего рассказа, что совершенно не следила за временем.
— Ой! Давай собирайся скорее! Ректор Дакар нас убьет! — воскликнула девушка, вскакивая на ноги и стаскивая пижаму.
Вылезая из-под одеяла и открывая шкаф, я застыла, после чего решительно взяла зеленую рубашку и улыбнулась, представив, как вытянутся лица окружающих при виде меня. Когда я посмотрела в зеркало, то увидела лишь изумрудные пряди, к моему разочарованию последние отблески огня исчезли из моей внешности. Моя глаза были зелеными, приблизившись к зеркальной поверхности, я всмотрелась в них, ощущая себя кошкой. Земля всегда казалась мне худшей из стихий, но сейчас, пропитанная ее силой насквозь я внезапно осознала, что люблю ее. В отличие от огня, который питал меня яростью, силой, мощью, земля вызывала совсем другие эмоции. Я была фиктивно помолвлена, по академии бегал Исар под экспериментальным любовным приворотом, ну а я просто была ходячей катастрофой, но вместо паники и страха меня наполняло небывалое спокойствие. Отголоски огня пробивались внутрь, пробегая по телу, но сейчас я была полностью во власти земли и почувствовала, что способна взять себя в руки во чтобы то ни стало. Спокойствие, умиротворение и… любовь к миру. Вот, что я испытывала.
Внезапное озарение было словно как удар по голове. Я застыла, вновь уставившись на свое отражение и ярко зеленые глаза. За всеми волнениями дня я так и не поняла, что теперь, помимо домысла у меня было реальное доказательство того, что ректор Дакар владеет всеми четырьмя стихиями.
Касаясь меня ветром, он продемонстрировал, что владеет стихией воздуха, а когда использовал воздушный щит, окончательно это подтвердил. Ректор играючи владел стихией огня, а когда мы случайно склеились, пользовался стихией воды чтобы нейтрализовать воздействие клея. Единственной скрытой стихией, которой не хватало, чтобы быть уверенной, что у него есть возможность владеть духом, была стихия земли. Неудивительно, что вычислить количество стихий было трудно, поскольку землю было легче всего скрыть. Ей редко пользуются в обычной жизни. Я бы пожалуй никогда не получила подтверждения четвертой стихии, если бы не бал. Возможно, ректор просто забылся, когда опускался на корточки и касался каменной плитки, взывая к земле и пробуждая ее под своей рукой. Но теперь я могла с уверенностью утверждать, что у него был полный набор. Четыре стихии были главным условием появления пятой, и на моей памяти я не встречала магов четырех стихий. Единственным исключением являлась королевская семья. О других ходили только слухи и возможно преувеличенные. И хотя маги пяти стихий были скорее легендой, я не сомневалась, что ректор относился именно к ним. Вспоминая его странную магию, мурашки, которые бежали по телу, и его воздействие на человеческий разум не оставалось сомнений в том, что он был сильнейший маг из всех, кого я когда-либо встречала. Лишь одно мне было не ясно. В памяти всплыли слова отца о том, что он купил у него специальное зелье, чтобы скрывать стихии. Зачем?
Но на этом мои умозаключения закончились, потому, как вместо ответа была пустота. Подобная сила была престижна, и работа ректора академии казалась смешной для человека подобного уровня. От мысли, что я спустила с пригорка, запустила тряпкой и еще много чего сделала с магом, владеющим пятью стихиями, стало не по себе. И этого человека я втянула в интригу с фиктивным браком и духом огня, находившимся вне закона.