Запомнилась Михаилу Алексеевичу и трансатлантическая поездка на теплоходе «Дойчланд» кампании «Гамбург-Америка». Судно считалось небольшим и небыстрым — оно прибывало в Нью-Йорк из Гамбурга на шестой день плавания, а самые крупные французский теплоход «Нормандия» и английский «Квин-Мери» прибывали в Нью-Йорк на четвертый день.
После соблюдения всех формальностей 16 марта 1936 г. группа инженеров, возглавляемая Э. И. Гуревичем, вступила на палубу океанского теплохода, который следовал до Нью-Йорка. Для группы были куплены билеты 2 класса (туристического), разместили их в каюты по 2 человека.
На теплоходе было достаточно развлечений, начиная с того, что первые два дня плавания стояла замечательная погода и Храпко с товарищами, находясь на палубе, любовались океаном, чайками, встречными пароходами. А также совершали экскурсии по теплоходу, играли в салоне в карты, в шахматы, вечерами смотрели кинокартины, слушали радио и танцевали.
М. А. Храпко особо запомнился день 19 марта, когда на теплоходе поднялась легкая суета, и это было связано с подготовкой к выступлению Гитлера в Гамбурге: «Когда началась трансляция речи Гитлера, немцы-пассажиры, а их было большинство на теплоходе, все встали, а мы продолжали сидеть в салоне, играть в карты, читать и играть в шахматы. Правда, мы не разговаривали громко, не мешали слушать передачу, но немцы на нас смотрели косо. Выступление Гитлера было крикливым, почти истеричным и неприятным».
Америка
И вот он, берег Америки! «Впечатление от вида на Нью-Йорк, расположенного в устье реки Гудзон, было огромным, хотя все мы видели на снимках и в кино этот вид, но в натуре он был грандиозным». Действительно, рассматривая снимки 1936 г. приходится однозначно соглашаться с автором.
По прибытию в Нью-Йорк 22 марта их встретили представители Амторга. Вечером пошли гулять пешком по городу, смогли обойти много мест: центр, остров Манхэттен, Бродвей. Первое впечатление было очень сильным, больше всего поразило количество световых реклам и автомобилей. В этой части воспоминаний М. А. Храпко делает уточнение, что он не будет описывать достопримечательности, так как о них много написано и все о них знают, а будет описывать только то, с чем им пришлось «столкнуться в процессе жизни и работы».
Гостиница, в которой они проживали, располагалась в центре города, недалеко от Амторга на 5 авеню, где им уже было выделено помещение для работы. На следующий день они направились в консульство СССР в Нью-Йорке, где в первую очередь у них отобрали загранпаспорта, руководствуясь тем что «для жизни в США никаких паспортов не требуется».
В консульстве им были выданы инструкции, касающиеся поведения во время пребывания в Соединенных Штатах. Основными были: напоминание о том, что они являются гражданами СССР и должны вести себя с достоинством; останавливаться только в приличных отелях или частных квартирах; предупреждение о том, что не стоит заводить уличных знакомств с женщинами и с эмигрантами.
Храпко пишет, что ежемесячно всем членам группы выплачивались командировочные в размере 150 долларов, еще по прибытии в США им были выплачены деньги на экипировку в размере 80 долларов. Так же по фактической стоимости оплачивались расходы на междугородние передвижения и служебные расходы. Но не были оплачены расходы на гостиницы и частные квартиры. Выгоднее было жить на частной квартире, как и поступили челябинцы, сняв комнаты в квартире за 50 долларов в месяц.
Главной целью их поездки был выбор и заказ оборудования, необходимого для реконструкции существующих цехов ЧТЗ, оборудования для двух новых цехов, заказ модели для отливки всех крупных чугунных деталей двигателя, дизеля, пусковых моторов и топливной аппаратуры.
По истечении срока командировки, длившейся четыре месяца, часть группы отправилось обратно в СССР. Оставшейся части группы командировочная виза была продлена еще на четыре месяца.
После завершения оформления заказа всем членам группы была предоставлена возможность совершить поездки по основным автомобильным и тракторным заводам для ознакомления с современным производством. После возвращения в Нью-Йорк из поездки по заводам, для приемки оборудования в США остались: Митревич и Шлямбер — в Нью-Йорке, Вержинский — в Маскигене, Филимонов — в Рокфорде и Храпко — в Детройте. Каждый из оставшихся принимал оборудование на станкостроительных заводах, расположенных в этих городах и в их районе. М. А. Храпко с гордостью пишет, что ни один принятый им станок не имел дефектов при сборке и эксплуатации на ЧТЗ.