Таков церемониал, сказал поэт.
29. А прозаик сказал: «Все это, бабка, химия…» Ужас, граждане. Работа мозга, гений наш благородный человеческий, — это электричество и химические соединения. Нелегко сознавать, что ты есть материальная структура. Но чувства и мысли — они тоже значат!
На рубеже XX века художники узнали, что все это химия. Имелось всеобщее головокружение от успехов науки. Креативное мышление творцов требовало новых форм. Маяковский сбрасывал Пушкина с парохода современности.
Раз главное — это впечатление, то художники начали передавать впечатление, отходя от фотографического канона. Сначала импрессионисты изящнейше разводили и смешивали цвета. Постимпрессионисты нажали на чистый грубый цвет и сильную грубую линию. Короче, абстракционисты попытались передавать суть предмета и проблемы через линию и цвет. Композиции из линий и цветовых пятен.
Поразительная история! Но от комбинаций разных линий, прямых, кривых, плавных и ломаных, и цветовых пятен всех форм, — ощущение красоты все-таки не появлялось. Линии могли быть плавные или угловатые, воздушные или жирные; цвета — яркие или глухие, агрессивные или мягкие; это бывало прикольно, но красоты в этом платье голого короля не видел никто, кроме придворных.
Продвинутые художники разъяли форму на части, и из элементов стали собирать искусственные объекты, долженствующие минималистски изображать нечто: создавать эмоцию — позитивную или негативную, агрессивную или умиротворительную. Все разновидности модерна и постмодерна создали библиотеку наукообразной демагогии, объясняющей примитивную мазню как художественный акт. Но красота не получилась.
30. Существует ли красота как условно-искусственная форма, которой не было как природного объекта? Йес — архитектура. Золотое сечение. Колонны. Пропорции и углы. То есть:
Красоту можно расчислить. Чем и занимались эллинские зодчие. Соотношение параметров, пропорции объекта могут восприниматься как красота.
Но. Любой подобный объект имеет смысл. Храм, торговые ряды, стела с надписью, монумент-памятник. Эстетический аспект объекта может доминировать, красота может быть главным смыслом и назначением храма или монумента. И однако она выступает как форма объекта, первичное назначение которого, базовое, непреходящее, — молиться богам, или помнить героев, или укрывать от непогоды, — не подчинено красоте.
Красота зодчества и т. п. подразумевает наличие первичного смыслосодержащего объекта.
Даже египетские пирамиды, если бы не несли функцию усыпальниц фараонов (крошечная камера в огромном массиве), были бы чем-то бессмысленным и грандиозно-шизофреническим.
Красота есть форма объекта, но не объект сам по себе.
Красотой не исчерпывается содержание объекта.
Попытки свести содержание объекта к «чистому» материальному носителю красоты — мн-ээ, скорее не удались.
31. Самое прекрасное в эстетике — что любого оппонента можно объявить дураком. Он не прав! У него дурной вкус и тупой мозг.
Потому что — а орнамент что такое?! Это графически организованное пространство, не более чем. Без всякого смысла и содержания, кроме эстетического. Линия и цвет дают красоту. Таки дают!
Линии и цвета, геометрически организованные в симметричные и ритмично повторяющиеся сочетания. Создают приятное впечатление. Комфортное, желаемое. Красиво.
Линия, цвет, симметрия, пропорция, соотношение; гармония; банальность.
И однако! Орнаментом украшают мечеть, ставни, ткань, ковер, обои. Но в качестве произведения искусства сам по себе орнамент на стену не вешают. Хотя он явно красивше и совершеннее абстрактной картины. О-па:
Красота как имя прилагательное. Качество, свойство, особенность. Объема, массы и цвета со вкусом не имеет.
Так что нарисовать Красоту при помощи отдельных абстрактных линий не удастся.
32. Маэстро — музыку!
Как формальная абстракция музыка есть прообраз всех искусств. О красоте музыки объяснять нечего.
Ну, и как ее потреблять, кроме как слушать? И как ее приватизировать, кроме как посадить любимого музыканта в свой личный зиндан?
Музыка только для слушанья и создается, и существует. Можно сказать:
Потребительское наслаждение от музыки в точности ограничивается эстетическим наслаждением. Это тот случай, когда эстетическое и есть потребительское. Или наоборот. Двуединство эстетического и потребительского.
Нет, на ней можно делать деньги и славу, вокруг нее можно кормиться, ею можно вдохновлять людей на битву, она может внушать веселье и печаль. На желании людей слушать музыку можно делать бизнес. Но потребление самой музыки останется чисто эстетическим.