Да, вторая оказалась совсем миниатюрной, но от этого не менее опасной. Голова ее несется к его шее, но ей навстречу еще и двигается, вовремя сообразившая, что надо делать, голова принца. В это время глаз его видит, как чей-то клинок проходит сквозь ребра насевшей на него девицы. Одновременно с этим широкий обруч на лбу Рурта соударяется с клыками оборотня, разбрасывая их в стороны. Хрустом в ушах звучит проламываемый этим мощным ударом череп прелестницы.
К резкой боли в плече и правом бицепсе добавляется еще и в щеке: острый клык вонзился и остался в ней. Принц тут же выдергивает заразу длиною с палец…
Прелестница с проломленным черепом дергается на полу. Манус, пришедший на выручку, высвобождает свой меч из тела оборотня. Принц понимает, что, если бы товарищ вовремя не продырявил девицу, она бы не замешкалась и кивок его головы мог не стать таким удачным. Но он попал, и попал хорошо! Только прочный металл обруча помог и себе не расшибить лоб от такого удара.
Больше думать об этом некогда. Принц жестом благодарит Мануса, который его уже не видит — следопыт спешит на помощь Арумусу, сцепившемуся на полу с очередной противницей. Принц понимает, что, когда делал свой убийственный разворот, успел не только обнаружить взглядом всех своих товарищей, но и увидеть тварей в два раза больше, чем насчитал вначале. Сейчас же силы равны, а пол завален телами в прозрачных накидках.
Схватка проходит стремительно. Девичий ор оглушает. В общей массе смешался воинственный визг оборотней, еще питающих надежду победить, с предсмертными воплями их уже поверженных подруг.
Следопыты бьются молча, без криков. Свистят только их клинки — вспарывают плоть, опрокидывая на пол одну за другой вражьих тварей.
В оглушающем крике прелестниц Рурт вдруг различает новый тембр. Тоже девичий крик, но другой…
Это с бесстрашным воплем в бой вступила утолианка.
«Куда она лезет?! Ей же конец!» — думает принц. Он видит, как туда, в коридор к Pope, прыгает одна из прелестниц.
Принц протыкает колющим ударом бестию, повисшую на Стамусе. Похоже, товарищ плох: тварь падает, и следопыт рядом валится на пол. Наследник добивает девицу, отсекая светловолосую голову, но не может задержаться у Стамуса — ныряет в проем коридора.
Утолианка на полу. Сверху на ней тварь пытается прирезать девушку ее же мечом, придавливая к горлу загнутое лезвие. Рора изо всех сил сопротивляется, удерживая клинок в сантиметре от горла. Правой рукой она вцепилась в рукоять, но левая ладонь вся в крови — в нее уперлось острое лезвие, и рука вот-вот дрогнет. У твари по колено отрублена нога, из раны сочится темная кровь. Значит, утолианка все-таки не отличилась дружелюбностью — молодец! Но сейчас девушку надо спасать, и принц мчится к месту, где Рора на волоске от гибели.
Прелестница слышит шаги за спиной. Она оборачивается, чуть ослабляя хватку. Этого Pope достаточно, чтобы перевести смертоносное лезвие выше головы, и оно над ее волосами ударяется в пол. В это время тварь уже слетает с нее.
Спасенная утолианка понимает, что произошло: вывернув клыкастую голову, тварь увидела принца, но было поздно — Рурт потушил этот взгляд, насадив голое тело на свой огромный меч, как на вертел. Кончик клинка выглянул из шеи оборотня прямо перед носом Роры, после чего создавшееся единство — стали и плохи — принц с силой откинул к стене.
Предсмертный вопль прелестницы короток.
Принц протягивает руку девушке, помогая ей быстро подняться на ноги и наблюдая, как благодарность наполняет ее взгляд.
— Стой здесь! — говорит он Pope, а сам выдергивает свой меч из тела с отрубленной ногой и несется назад по коридору к парадной.
Там все закончилось…
Наступившую тишину прерывает стон Стамуса. Он мужественный следопыт и просто так стонать не станет. Стамус сидит у стены весь в крови — вражьей и своей собственной.
— Брат наш, держись! — восклицает подоспевший Арумус, прикрывая ужасную рану рукой.
Но ран много. Все их не прикрыть…
— Ты истинный Воин Света! — Арумус склоняет голову. Он закрывает глаза товарища. Умер…
Парадная залита багровым, усеяна трупами.
Манус помогает раненому Маскерусу. Тот в крови, но, похоже, раны его не смертельны.
В центре парадной на одной из прелестниц замер Торстус. Мертвые пальцы оборотня под следопытом вонзили длинные когти в его шею и плечо, клыки впились с другой стороны. Обезображенное ужасной гримасой, побледневшее лицо девицы так и замерло в своем последнем укусе: Торстус перед смертью успел вспороть живот обидчицы, забрав ее с собой. Огромные глаза твари смотрят прямо на Рурта, но ничего больше не видят. Принц же в них видит бессмысленный, не погасший еще гнев.