На каждой станции имелся наблюдательный пункт, на котором круглосуточно несли вахту спасатели. В их распоряжении находились бинокли, подзорные трубы, фальшфейеры, схема силуэтов типов судов, рисунки флагов морских держав и флагов международного свода сигналов. На каждом пункте была небольшая печка для обогрева в зимнее время и кресло на высоких ножках. Завидя тонущее судно, вахтенный пускал вверх красную ракету или зажигал фальшфейер — знак потерпевшим кораблекрушение. После этого он звонил в колокол. Спасатели станции открывали ворота амбара и по полозьям спускали на воду бот. Если судно терпело бедствие в 1—2 милях от станции, бот ставили на телегу и гнали лошадей к месту происшествия. Если же оно случалось рядом, бот спихивали в воду, гребцы садились на весла и шли на помощь потерпевшим.
Классический американский спасательный вельбот середины прошлого века
Успех спасательной операции зависел от удачного спуска бота на воду. Это являлось наиболее трудной операцией. Гребцы, ухватившись за планширь бота, начинали сдвигать его с берега на глубину, потом, когда судно оказывалось на плаву, они прыгали в него, вставляли весла в уключины и начинали сильно и быстро отгребать от берега. При этом, используя, как правило, откат третьей волны прибоя, они оказывались в относительной безопасности и начинали движение в сторону потерпевшего аварию корабля. Хроники некоторых американских спасательных станций того времени свидетельствуют о том, что спуск бота с эллинга на воду занимал от 6 до 10 минут. Не менее сложным и опасным делом оказывался подход к гибнущему (особенно в бурунах) судну. Старшине бота нужно было следить, чтобы его судно не напоролось на упавший в воду рангоут корабля, весла не завязли в плавающем такелаже и чтобы волны не разбили бот о борт гибнущего судна. Чтобы снять с тонущего корабля людей, спасателям приходилось делать несколько рискованных рейсов от берега до судна и обратно. Все это требовало от спасателей не только мастерства, но и большой физической силы. Самое главное — эти мужественные люди шли на смертельный риск не по принуждению, а ради спасания погибающих. Их неписаным законом было: «Ты обязан выйти в море, хотя можешь и не вернуться».
После доставки спасенных на берег работа спасателей не заканчивалась: спасенным надлежало оказать первую медицинскую помощь (искусственное дыхание, вправление сломанных костей и пр.), обогреть, напоить и накормить.
Авторитет спасательной службы в США возрастал год от года, население страны начало понимать ее роль, читая в газетах отчеты спасательных станций и описания подвигов добровольцев, посвятивших себя этому благородному делу. С каждым годом увеличивались суммы пожертвований на развитие сети спасательных станций по стране. В 1878 году в США спасательная служба была отделена от Управления морской таможни и вошла в особое Бюро при департаменте казначейства. Спасателей одели в униформу: синего цвета — зимой и белого — летом Вновь созданное Бюро получило возможность печатать свои правила, инструкции, отчеты и памятки. Правительство учредило для спасателей особые медали и премии.
В 1890 году на обоих побережьях США, включая Мексиканский залив и Великие озера, действовало 226 спасательных станций. К 1900 году рядовой спасатель государственной станции получал в год 700 долларов, помимо бесплатного жилья, питания и обмундирования. Питанием и обмундированием спасателей обеспечивало благотворительное общество «Синий якорь». Американские спасательные станции с конца прошлого века строились по типовым проектам. Как правило, каждая станция занимала земельный участок площадью 2—3 гектара недалеко от берега на возвышенном месте. На таком участке располагалось несколько строений: двухэтажное здание с наблюдательным постом, эллинг для хранения спасательных ботов, конюшня, склад спасательного оборудования, сарай и пр. Первый этаж здания станции занимали кабинет начальника и две-три комнаты для его семьи. На втором этаже находились жилые помещения спасателей, как правило, холостяков. Семейные работники станции жили в отдельном доме или в ближайшем селении. Интересно, что на наблюдательных постах одних станций стояли кресла, а на других — табуреты с одной ножкой. Это зависело от начальника станции — некоторые из них считали, что у человека, сидящего на таком табурете, нет шансов заснуть.