– Открыть огонь, – приказал капитан Эндрю.
Орудия фрегата дали залп. Но снаряды не достигали цели, они рвались где-то далеко за кормой брига, расстояние до которого не увеличивалось, но и не сокращалось. А тем временем отмеченные на карте капитана Эндрю подводные скалы неумолимо приближались.
– Адмирал, – сделал еще одну попытку Эндрю. Они взошли на капитанский мостик, и он протянул млиту морскую карту. – Взгляни на карту. Здесь мы, здесь подводная скала. Через полчаса такого хода мы налетим на нее.
– Идиот, – грубо, но уже намного тише, произнес млит. – А где на твоей дурацкой карте бриг?
– Вот здесь,– ткнул пальцем тот.
– То есть впереди нас,– удовлетворенно хмыкнул млит. – И он первым достигнет этих скал, так ведь?
– Так, адмирал.
– А какая у него осадка?
– Семь метров, адмирал, – ответил капитан. Он уже начал понимать. Здравый смысл возвратился к нему.
– А осадка нашего фрегата?
– Четыре с половиной метра, адмирал, – радостно ответил капитан.
– Из чего следует, капитан, что если бриг пройдет над этими рифами, то пройдем и мы, – наставительно произнес адмирал Сибатор, словно читая лекцию новичку в морском деле. – А если не пройдет… Ну, тогда мы успеем спустить паруса и остановиться, или отвернуть в сторону. Так?
– Так точно, адмирал, – отрапортовал капитан Эндрю. – Я восхищаюсь тобой. Ты сам Сатанатос в морском деле!
– А ты – безмозглый идиот, – буркнул млит, делая вид, что лесть не тронула его. – Но, кажется, это я тебе уже говорил. Постарайся запомнить, чтобы мне не пришлось повторять.
– Есть, адмирал, – заявил капитан Эндрю с таким видом, будто получил поощрение по службе. Он уже понял, что если его и повесят на рее, как обещал адмирал, то не сегодня.
А Сибатор чувствовал радостное возбуждение. Появление еще одного корабля неожиданно решало все его проблемы, над которыми он мучительно думал, когда пил в своей каюте ямайский ром. Бриг – это не пакетбот. Победа над таким грозным противником не может быть позорной. Наоборот, в донесении Совету ХIII он укажет, что пиратских «летучих голландцев» было два, а не один, как они предполагали, и это позволит ему объяснить гибель одного из своих фрегатов. Ему пришлось принять жестокий бой, в котором, разумеется, были потери, но он проявил настоящий героизм и победил. Млит мысленно уже сочинял рапорт, который он собирался подать лично эльбсту Роналду.
За несколько минут до смерти млит был счастлив, как никогда раньше в своей жизни.
«Летучий Голландец» стремительно шел перед фрегатом прямо на подводные скалы. Бриг, казалось, глубоко сидел в воде, но любому опытному моряку с первого взгляда было ясно, что это обман, потому что море как будто расступалось перед ним, не было ни пенного следа за кормой, ни брызг, неизбежных на таком ходу. Бриг можно было сравнить с птицей, низко летящей над поверхностью моря и даже бороздящей ее крылом, но все-таки летящей, а не плывущей. Призрачный «Летучий Голландец» прошел над острым, как бритва, гребнем подводной скалы так, будто он был сделан не из дерева, а из воздуха и тумана. И продолжил свой путь, не меняя курса.
На фрегате, увидев, как бриг миновал отмеченное на карте гибельное место, воспрянули духом и тоже не изменили курс. И на полном ходу налетели на подводную скалу.
Удар был страшной силы. Взрыв бомбы на палубе принес бы меньшие разрушения судну. Корабль почти распался на две части, располосованный камнем, словно гигантская рыба острым разделочным ножом, от носа до кормы. Скрежет, треск, вопли ужаса перекрыли все остальные звуки моря. Однако громче всех, как обычно, кричал млит. Но недолго. Обломок сломанной мачты пронзил его насквозь и утащил за собою в море, кипящее, словно огромный котел на адском пламени. Млит захлебнулся соленой водой, и его крик сразу же стих, только крупные пузыри пошли вверх. Млит умер еще до того, как бревно утащило его на большую глубину, где его разорвало на части от давления воды. Из многочисленной команды фрегата не спасся ни один.
А «Летучий Голландец», словно даже не заметив, что его уже никто не преследует, продолжал свое стремительное движение. Еще какое-то время бриг был виден черной точкой на горизонте, а затем он исчез, как будто растворился во мраке наступившей ночи. А вместе с ним – проклятый капитан Филиппус Ван дер Витт и безумный эльф Грир.
Глава 33
В коридоре раздавались крики, топот бегущих ног, отрывистые команды. Все эти звуки перекрывал чей-то истошный визг. А затем дверь распахнулась, моряки с карабинами, застывшие у дверей, расступились, и в комнату втолкнули рыдающего Крега. Он опрокинул стол и упал, закрыв голову руками и поджав ноги к животу, как младенец в утробе матери. Комната наполнилась его судорожными, как кашель, всхлипами. Следом ворвался разъяренный сержант Дерек.