Но предпочтение отдавалось золоту. Этот мягкий, пластичный металл обладал почти безграничной ковкостью, его можно было превратить и в тончайшую, почти прозрачную пленку, и в проволоку не толще человеческого волоса, и в стандартные бруски, которые так нравились людям своей формой. Золото использовалось не только как средство обмена, но и в промышленном производстве – оно хорошо проводило тепло и электричество, плавилось при температуре чуть выше тысячи градусов. Это был универсальный металл, и поэтому он так дорого ценился. Но добывать его было непросто. В основном золото содержалось в виде примеси в рудах, из которых его приходилось извлекать, растворяя в цианистом натрии и цианистом калине. Это являлось основой процесса цианирования – главного способа извлечения драгоценного металла из руды. Известный людям только последние сто лет, духами он применялся на протяжении многих тысячелетий.
Из-за реальной опасности для жизни и здоровья, которую представлял процесс цианирования, задействовали в этих работах тоже только узников. Часто при этом они получали ожоги, которые черная кожа выдерживала лучше, чем нежная белая. Поэтому духи предпочитали использовать представителей негроидной расы. Но не брезговали и европеоидной, и даже монголоидной. Однако желтокожие, в силу непонятных причин, умирали на подземных работах гораздо чаще, чем люди с белой и черной кожей, поэтому их было выгоднее использовать на сахарных и тростниковых плантациях, тоже принадлежащих Совету ХIII.
В любом случае, каторжники жили не долго. Это был настоящий конвейер смерти. Совету ХIII требовались все новые и новые работники. Поэтому ежегодно бесследно пропадали тысячи людей, о дальнейшей печальной судьбе которых эльбст Роналд мог бы многое порассказать их безутешным родным и близким. Но он умел держать язык за зубами. Обычно он даже не запоминал имен будущих узников и каторжников, просто бегло просматривал списки, которые ему подавали. Но иногда, в особых случаях, делал исключение, и судьба очередного кандидата становилась предметом его пристального внимания. Порой, затрудняясь или не желая брать всю ответственность на себя, он даже собирал Совет ХIII, чтобы нужное решение было принято коллегиально.
Сегодня как раз и был такой случай. Необходимо было решить, как поступить с главным смотрителем маяка на острове Эйлин Мор, который был человеком, и его пособником домовым. В этом вопросе в единый клубок сплелись и проблема маяка, уже давно волновавшая не только эльфов, но весь мир духов природы, и трагическая нелепая смерть адмирала Сибатора, которая не могла остаться незамеченной, поскольку он был членом Совета ХIII, и взаимоотношение духом и людей, с каждым веком становившиеся все сложнее и напряженнее. И эльбст Роналд пока не видел даже краешка ниточки, за который он мог бы потянуть, чтобы распутать этот клубок.
Глава Совета ХIII часто думал, что он с удовольствием последовал бы примеру Александра Македонского, который считался людьми величайшим из полководцев древности. По преданию, чтобы завоевать Азию, требовалось распутать сложнейший узел из кизилового лыка, который завязал царь Фригии Гордий. Однако Александр Македонский не стал себя утруждать этим. Когда он покорил столицу Фригии, он вошел в храм, где хранился этот узел, выхватил свой меч и рассек его одним ударом.
Но эльбст знал, что в современном мире проблемы так легко не решались. С того дня минуло почти две с половиной тысячи лет. Уже не было тех, кто мог бы уподобиться жрецам фригийского храма, которые восславили молодого воина, заявив, что он все-таки завоюет мир, но не дипломатией, а мечом. Не было даже мечей. Но у людей было оружие, которое могло уничтожить всю землю в считанные мгновения, и они размахивали им, как пещерные дикари дубинками, нимало не беспокоясь этим. Любой неверный шаг со стороны духов, который люди могли бы посчитать агрессией, направленной против них – и последствия было невозможно предугадать. Человеческий век был слишком короток, чтобы люди всерьез беспокоились о своей жизни. Духи жили веками, у них было великое прошлое и не менее великое будущее. Им было что терять, даже помимо жизни.
Вот отчего Роналд, несмотря на свой вспыльчивый злобный нрав, был сейчас так осторожен и нерешителен. Поэтому он и созвал так срочно Совет ХIII, когда узнал о трагических событиях на острове Эйлин Мор.